Бедность и предубеждение

Сергей Рахманин© Телекритика
Погляди 1 грудня, 2009, 14:04 1905 3
Додати до обраного
Как только приближаются очередные выборы, сразу обретает популярность идея о нейтралитете. "Украина Неприсоединившаяся" – проект не политический. Не столько осязаемая цель, сколько повод поговорить.

«Нейтралитет — единственно возможный выбор для Украины».

Как только начинается очередная (и как всегда, судьбоносная) избирательная кампания, данный тезис сразу обретает популярность. С этой карты нынче ходят многие. Чаще других – Виктор Янукович и Владимир Литвин.

Трудно судить однозначно, чем именно руководствуется эта пара, обещая превратить буфер между Россией и ЕС в славянскую Швейцарию. Но усомниться в искренности двух влиятельных политиков можно. Хотя бы потому, что в июне 2003-го года тогдашние премьер и спикер внесли значительный вклад в триумф закона «Об основах национальной безопасности Украины» (319 голосов «за»). Для тех, кто забыл: в этом документе членство в НАТО было названо стратегической целью государства. За шесть с половиной лет ни Виктор Федорович, ни Владимир Михайлович даже не попытались изъять это положение из закона. Не факт, что удалось бы. Но разве не стоило попробовать? Хотя бы для очистки совести…

«Украина Неприсоединившаяся» – проект не политический, а политтехнологический. Не столько осязаемая цель, сколько повод поговорить. Говорят обычно одно и то же. Вот примерный перечень наиболее популярных аргументов в защиту нейтралитета и (или) внеблоковости.

Первое. Законодательно закрепленное миролюбие избавляет от необходимости серьезно тратиться на военные расходы: если мы ни с кем не воюем, то к чему выбрасывать огромные средства на содержание многочисленной армии и закупку дорогостоящих вооружений? Тем более в период кризиса.

Второе. Воинствующий пацифизм навсегда избавит Украину от риска превратиться в театр военных действий. Кроме того неучастие в блоках снижает риск террористической угрозы на территории республики. Нам не придется отвечать за чужие грехи и просчеты.

Третье. Внеблоковость избавит страну от необходимости балансировать между Западом и Востоком. Объявив о своей военно-политической отстраненности, мы вправе рассчитывать на симпатии Москвы, уважение Вашингтона и понимание Брюсселя. Оказавшись «ничьим», Киев увеличит свой политический вес. Он превратится в удобную переговорную площадку для оппонентов из НАТО и ОДКБ. Тот, кого не воспринимают как военного противника, пускай даже потенциального, вызывает большее доверие.
Четвертое. Нейтральный статус неминуемо повысит уровень нашей безопасности. Решившись на «геополитическое вегетарианство», Украина вправе рассчитывать на соответствующие гарантии «хищников». До тех пор, пока Белый дом рассматривает страну как возможного военного союзника России, а Кремль видит в ней потенциального члена НАТО, наше спокойствие под угрозой.

Пятое. Нейтралитет снимет внутреннее напряжение, объединит восток и запад страны. Исчезнет едва ли не главное идеологическое противоречие.

И так далее. Подобные тезисы щедро сдабриваются ссылками на опыт Швейцарии, Австрии, Финляндии, а также примерами из истории, давней и не очень. Не всегда эти примеры являются корректными. Точнее, не всегда корректна интерпретация известных событий. Во всяком случае, когда твердят о «добровольном, сознательном, миролюбивом выборе народов».

В большинстве случаев выбор в пользу нейтралитета был выбором политиков, причем выбором вынужденным. Общеизвестно, что для Вены и Хельсинки узаконенное миролюбие было платой за независимость, ценой избавления от оккупации. Нейтральность этих двух государств была навязана странами-победительницами по окончании II мировой войны. Не случись этого, Австрия (в лучшем случае), оказалась бы разделенной на Восточную и Западную, как и Германия. А Финляндия рисковала (как минимум) лишиться значительной части территорий. При неблагоприятном стечении обстоятельств государств с таким названием вообще могло не оказаться на мировой карте. Внеблоковость этих двух государств имеет те же корни, что и немецкая децентрализация, а также конституционно закрепленный японский пацифизм. Вмешательство победителей в политику побежденных было и способом наказания агрессоров, и мерой предупреждения новых агрессий.

«Принуждение к нейтралитету», как правило, применяется геополитическим тяжеловесами не к тем, кто стремится к миру, а к тем, кто является для мира угрозой. В качестве примера можно привести недавние усилия Москвы добиться нейтрального статуса для Афганистана. Трудно найти на карте такую же «мирную» страну…

Никто не берется утверждать, что когда-то навязанный выбор оказывался выбором ошибочным. Сегодня нейтралитет воспринимают едва ли не как неотъемлемую составляющую менталитета австрийцев и финнов. И те, и другие не возражают. Что, впрочем, не мешает Вене и (особенно) Хельсинки периодически на самом высоком политическом уровне ставить вопрос о возможности присоединения к Северо-Атлантическому альянсу.

Почему, в таком случае, наши политики уверены, что официальное объявление нейтралитета уменьшит количество сторонников НАТО на западе страны, и число приверженцев Ташкентского пакта на востоке?

Не все гладко и в летописи швейцарского нейтралитета. Тамошние обитатели свою готовность не воевать лелеют с 1815 года. Не слишком предпочитая вспоминать, что прививка от воинственности была сделана насильно. Боевитые швейцарцы долгое время были компаньонами французов во всевозможных ратных затеях. Британия, Россия, Пруссия и Австрия, желая ограничить военные и политические ресурсы Парижа:
– восстановили полноценную независимость Швейцарии (ранее Франция превратила соседнюю страну, по сути, в свой протекторат);
– заставили реставрированную французскую монархию уступить швейцарцам часть приграничных земель;
– вынудили горцев в обмен на территориальные услуги и гарантии безопасности объявить нейтралитет.

При этом дальнейшая история швейцарского невмешательства не так проста и безоблачна, как кажется. Во время второй мировой Гитлер как минимум дважды, в 1940-м и 1942-м, рассматривал вопрос об оккупации конфедерации. Напуганные власти страны, дабы избежать вторжения и поглощения, неоднократно шли на всевозможные уступки опасным соседям. За некоторые деяния предшественников потомкам стыдно до сих пор.

Неучастие в военных операциях не превращает страну в огражденный стеной оазис в бесконечной пустыне международного терроризма. В той же Швейцарии эксперты считают: последовательная поддержка конфедерацией режима санкций против стран-«изгоев» делает ее потенциальной мишенью для террористов. Более того: недавний запрет на строительство минаретов в швейцарских мечетях куда более серьезный раздражитель для потенциальных шахидов, чем отправка инженерного взвода в Пактию.

Внеблоковость сама по себе еще не гарантирует теплых взаимоотношений. К примеру, нейтральная Швеция, куда резче, чем соседняя Норвегия (один из учредителей Северо-Атлантического союза) критикует действия России на Кавказе. В итоге едва не сорвался недавний визит Дмитрия Медведева в Стокгольм.

«Нейтральный» не всегда означает «миролюбивый», а словосочетание «член НАТО» вовсе не обязательно является синонимом к слову «воинственный», Классика жанра – Исландия. Эта страна (записавшаяся в альянс еще полвека назад) до такой степени миролюбива, что даже не имеет собственной регулярной армии. В случае возникновения нежелательных проблем решать их придется… группировке вооруженных сил США, дислоцированной на тамошних островах.

Воинствующее миролюбие не спасает от агрессии. Иллюстрация — Бельгия. С момента провозглашения независимости, то есть с 1831 года, страна заявляла о намерении быть «вечно нейтральным государством». Не сложилось. Германия дважды вторгалась в королевство, полностью игнорируя его пацифизм, и территория страны в ходе обеих мировых войн становилась ареной кровопролитных сражений. В 1949 году с «вечным нейтралитетом» было покончено — Бельгия стала одним из основателей НАТО. Объявленный нейтралитет не помог Финляндии в 1939-м, Латвии, Литве, Эстонии, Норвегии, Дании, Люксембургу и Голландии в 1940-м.
Нейтралитет обычно приводит не к снижению, а к повышению военных расходов. Украина, в силу бедности, не может позволить себе тратить на оборонку столько, сколько Швейцария, Швеция или Австрия. Нейтральный статус — весьма дорогое удовольствие. Украине катастрофически не хватает средств даже на необходимое сокращение наших Вооруженных Сил. О необходимом перевооружении и говорить нечего.

Как тут не вспомнить, что истерия вокруг «Си-Бриз-2006» не только сорвала учения, но и лишила украинских морпехов бесплатных стройматериалов, оборудования и техники, необходимых для переоборудования полигона в Крыму. Приобрести все это за собственные средства армия, увы, не в силах. И, похоже, еще долго, не сможет.

Брюссель заинтересован в усилении обороноспособности Чехии, Польши, Венгрии и Литвы. Москва — Беларуси, Армении, Казахстана, Киргизии. А кто заинтересован в нас? Как быть, если мы такие умные и такие бедные?

Дізнавайтеся головні новини першими — підписуйтесь на наші push-сповіщення.
Обіцяємо повідомляти лише про найважливіше.

Відправити другу Надрукувати Написати до редакції
Побачили помилку - контрол+ентер
Погляди 1 грудня, 2009, 14:04 1905 3
Додати до обраного
Останні Перші Популярні Всього коментарів: 3
Вибір редакції