Приметы польского образца

Матвей Ганапольский
Выводы польской комиссии о гибели президентского самолета под Смоленском – вопросы и недовольство останутся, кто бы что не написал.

Польша опубликовала выводы своей комиссии о катастрофе польского президентского самолёта под Смоленском, в которой погибла практически вся политическая элита этой страны во главе с президентом Лехом Качиньским. Аналогичный отчёт межгосударственного авиационного комитета, базирующегося в Москве, был оглашен еще в январе и вызвал возмущение в Польше. Поляки подозревали Москву в засекречивании, а то и подмене материалов следствия, а также в укрывании вещественных доказательств. Особо активен был брат погибшего президента Ярослав Качиньский, что было естественно. Однако, к подобной точке зрения присоединилась часть польской элиты, которая терзала польское правительство всё новыми и новыми доводами недоверия.

Однако, именно случай с польским самолётом продемонстрировал в российском руководстве доселе невиданную меру сострадания. На фоне перманентной вражды по вопросу ПРО, и объявления государственным российским праздником день победы над поляками парувековой давности, начиная с момента катастрофы самолёта, Кремль повёл себя так, как не вел ни до, ни после, в прочих ситуациях - даже критики российского режима были поражены мере его открытости, человечности и сострадания.

И видимо у Кремля не было цели обмануть поляков – выводы польской комиссии практически повторяют выводы комиссии российской.

Как рассказывается в польском отчёте, капитан самолёта за 15 минут до катастрофы в совершенно чётких и недвусмысленных выражениях объяснил руководителю президентского протокола, что сесть в Смоленске невозможно, и следует готовиться к уходу на запасной аэродром: «В данный момент, в этих условиях, которые сейчас есть, мы не сможем сесть. Попробуем подойти, сделаем один заход, но скорее всего, ничего из этого не получится... Можем полчаса повисеть и уходим на запасной».

То есть, пилоты честно и своевременно доложили о невозможности нормальной посадки и рассматривали вариант ухода на запасной аэродром.

Однако, руководитель протокола президента не дал разрешение на такое предложение капитана. Теперь можно только гадать, давил ли на капитана сам президент Качиньский, либо кто-то другой – суть уже не в этом, ибо в польском отчёте напрочь отсутствует перечень "аргументов", которыми давили на командира. Но, повторюсь, подтверждено главное - пилот честно предупредил о невозможности посадить самолёт, однако начальство отказалось слушать.

За несколько минут до катастрофы бортовой регистратор зафиксировал произнесенную в кабине пилотов фразу главы дипломатического протокола МИДа республики Мариуша Казаны: "Пока нет решения президента, что делать дальше".

Ждали решения - в результате, погибли все.

В 350-страничном отчёте поляков много всякой дополнительной любопытной информации - о высоте деревьев вокруг ВПП «Смоленска Северного», об ошибке ввода информации в систему TAWS, об отсутствии допуска у пилотов и предполётном ТО президентского борта.

Но написано главное: причиной катастрофы стало снижение самолета ниже максимально допустимой высоты на большой скорости в плохих метеоусловиях. Визуальный контакт с землей был невозможен, как и уход на второй круг - было уже слишком поздно. "Это привело к столкновению с наземным препятствием (деревом), отрыву фрагмента левого крыла вместе с элероном и как следствие - потере управляемости самолета и столкновению с землей". Польский экипаж был плохо подготовлен, при заходе на посадку допустил много грубых ошибок, в частности, не отреагировал на сигнал системы об опасном сближении с землей. К тому же штурман плохо владел русским языком, на котором велись переговоры со смоленскими диспетчерами.

Однако, в отчёте досталось и российской стороне – часть доклада посвящена плохому состоянию аэропорта, поросшему деревьями, ошибкам диспетчеров, которые передали польским летчикам неточную информацию о положении самолета. В частности, на удалении в шесть километров от аэропорта диспетчер сообщил, что самолет находится на правильном курсе, хотя на самом деле он был на 120 метров выше и на 125 метров левее глиссады. Команда по переводу самолета в горизонтальный полет была запоздалой.

Конечно же, выводы комиссии можно трактовать по-разному – думается, что найдутся и те, кто и дальше будет винить в катастрофе исключительно российскую сторону.

К примеру, партия "Право и справедливость", которую возглавляет брат погибшего в катастрофе президента Польши Ярослав Качиньский, уже протестует: - Этот документ не является отчетом, так как в нем нет имен виновных, - сказал член этой партии Антони Мачеревич. По его словам, в докладе содержится "фальшивая информация" и "отсутствуют доказательства". "Отчёт возложил всю тяжесть ответственности на поляков", - отметил Мачеревич.

Однако, вряд ли когда-нибудь Ярослав Качиньский и его сторонники примут версию своей же собственной страны, однако это не главное.

Главный вывод гораздо шире самой катастрофы.

Он в том, что власть сильнее профессионалов. Он в том, что и Польша и Россия пока что недалеко ушли от советского менталитета, который в том, что начальник всегда прав. И при начальственном окрике теряется не только здравый смысл, но и элементарное чувство самосохранения.

Чем бы грозил капитану отказ в немедленной посадке самолёта? Увольнением с работы, не меньше. Это также примета «советского» - ведь известно, что именно за службой безопасности президента окончательное решение за действиями по безопасности его жизни. Но где была служба безопасности в тот момент в самолёте? Почему допустила прямое давление на капитана самолёта – главного человека, отвечающего за безопасность в воздухе.

Сейчас в Польше - вторая волна увольнений – ушел министр обороны Польши Богдан Клих. При этом премьер Дональд Туск, принявший отставку главы военного ведомства, подчеркнул, что Клих "не является виновным в трагедии" под Смоленском, а прошение об отставке подал, так как считает, что его дальнейшая работа на этом посту после обнародования причин катастрофы президентского лайнера "была бы в тягость".

Так или иначе, но в польской версии доклада остаётся главная неясность. В нем опровергается версия давления на капитана и говорится, что все действия и решения он совершал и принимал добровольно. При этом, никак не поясняется, почему, предупредив о невозможности посадки, капитан-самоубийца всё же повёл свой самолёт к катастрофе.

Видимо, виновными, как принято, будет назначен "стрелочник" - именно этот капитан самолёта.

И это также привычная примета "советского".

__________________________________________________________________________________________________________________________

Читайте також:

Сумасшедший? Террорист? Нужное подчеркнуть...

Так или иначе, но теперь уже и Норвегия получила террористическую прививку. Однако, европейцы умеют делать выводы из происшедших трагедий – как видим, при огромной мусульманской европейской диаспоре теракты в Европе редкость.

Дізнавайтеся головні новини першими — підписуйтесь на наші push-сповіщення.
Обіцяємо повідомляти лише про найважливіше.

Відправити другу Надрукувати Написати до редакції
Побачили помилку - контрол+ентер
Останні Перші Популярні Всього коментарів: 5
Вибір редакції