Оранжевые возвращаются?

Вадим Карасьов
Электоральные итоги и политические следствия досрочных парламентских выборов в Украине

Предварительные итоги внеочередных выборов в украинский парламент оказались весьма драматичными. Судьбу формата будущей коалиции большинства и, соответственно, будущего правительства, решили несколько сотых долей процента. Подсчет голосов подходит к концу, однако сам процесс далеко не завершен. 

Выборами поставлена точка в условном «внешнем» контексте кризиса, но ни как не во внутреннем. Сегодня ситуация существенно сложнее, чем после выборов 2006 года. И объясняется это в первую очередь еще более явным разделом парламента 50/50. Оранжевые имеют незначительное преимущество, и говорить о явной победе в данном случае сложно. Именно это и порождает внутренний контекст кризиса.

Если попытаться в целом охарактеризовать кампанию, то ее можно назвать кампанией мнимых выигрышей и поражений. Виктор Янукович выиграл выборы, но, скорее всего, проиграл не только премьерство, но и партию. В буквальном и фигуральном смысле – проиграл Партию регионов, и свою партию игры. Юлия Тимошенко реализовала мощный электоральный рывок и сделала возможной реанимацию оранжевой коалиции, но до конца не может быть уверенной в своем премьерстве. 

Виктор Ющенко, не реализовав электоральный потенциал своего блока, вроде бы проиграл. Но именно неустойчивая равновесность парламентского расклада оставляет за ним широкое пространство для маневра, статус самого влиятельного политического игрока и арбитра, сглаживающего внутрипарламентские и внутриэлитные противоречия. 

Практически равновесные результаты оппонентов создают основной «изъян» этих выборов, природа которого кроется в изъяне действующей политической системы. И устранен он может быть лишь путем изменений в системе власти, балансе полномочий и институциональных ресурсов. И в таком контексте миссией выборов может стать не разделение голосов и изменение политических раскладов, а сверхактуализация несовершенства системы власти и необходимости ее реформирования. 

Поэтому уже сегодня, непосредственно после начала работы нового парламента, можно ожидать рестарта конституционного процесса, что в свою очередь может обусловить временный и переходный статус новой Рады и повлечь за собой новые парламентские выборы весной 2008 года.

И в этом смысле важно рассмотреть как ресурсы основных игроков, с которыми они пришли к финишу избирательной гонки, так и набор инструментов и сценариев, с которым они вступают в коалиционный и конституционный этапы конкуренции и противостояния. Но обо всем по порядку. 

БЮТ: мечты сбываются?

Блок Юлии Тимошенко начал борьбу за роспуск парламента и внеочередные выборы еще  с того момента, когда не состоялась оранжевая коалиция, и премьером после мартовских выборов в Раду стал Янукович. Досрочные выборы были сделаны Тимошенко основной ставкой в политической игре. Выбор такой стратегии оказался оптимальным, – список фракции укомплектовывался на волне больших надежд на будущее премьерство Юлии Владимировны и в меньшей степени годился для длительной работы в качестве парламентской оппозиции.

Фактически борьба велась на два фронта. Непосредственно в парламенте блок сосредоточился на деструктивных практиках, всячески демонстрируя обществу неработоспособность и нежизнеспособность законодательного органа, большинство в котором сформировано в результате неожиданных для избирателя коалиционных стратегий. Параллельно осуществлялось давление на президентскую сторону. 

БЮТ также подыгрывал амбициям Мороза и Януковича по созданию лояльного им конституционного большинства. Целью было создание у президентской стороны впечатления о том, что такая цель для коалиции вполне достижима. Наглядными примерами стали голосование БЮТ вместе с правящей коалицией за закон о Кабмине и неоднократные заявления и демонстрации Тимошенко того, что она не в состоянии контролировать процессы «перетекания» нестойких к искушениям членов своей фракции в коалицию большинства.

Не сразу, но БЮТ удалось достигнуть своей цели и даже провести процедуру роспуска по одному из своих сценариев. Но, поставив президента перед выбором: либо роспуск парламента, либо создание в нем антипрезидентского конституционного большинства, Тимошенко значительно снизила публичную и информационную активность, предоставив событиям развиваться в заданном ею русле. 

Отчасти это можно объяснить желанием дистанцироваться от процессов, сомнительных с точки зрения Конституции и законодательства, предоставив львиную долю черновой работы Ющенко и пропрезидентской «Нашей Украине, и так достаточно дискредитированной в глазах общественного мнения небезупречным с точки зрения «революционных принципов» поведением во время коалициады.

Но эта пауза стоила Тимошенко и ее сторонникам потери инициативы и темпа. Радикальный проект Юрия Луценко «застолбил» тему народного протеста по поводу повышения коммунальных тарифов, а радикальность и твердость президента позволили ему существенно повысить свой рейтинг, что не могло не сказаться и на рейтинге его политической силы. Принцип «сообщающихся сосудов», присущий оранжевому спектру украинского электората, непосредственно накануне и на старте кампании сработал не в пользу Тимошенко. Но сработал он не в последний раз.

Таким образом, получив желаемое, БЮТ оказался в непростой ситуации: к моменту начала кампании блок подошел, не имея основного четко сформулированного концептуального мессиджа для избирателей. Волна «антитарифной» протестной активности миновала свой пик, пока шли споры между президентской и премьерской сторонами о согласовании взаимоприемлемой даты выборов, а оппоненты стартовали раньше, «застолбив» ключевые темы.

В этих условиях блоку удалось многого добиться благодаря энергичному включению в кампанию, массированному использованию информпространства, четкому и доскональному соблюдению однажды избранной визуальной стилистики, наличию развитой региональной структуры, полной и последовательной эксплуатации информповодов. Способствовали успеху БЮТ также ошибки соперников и умение сыграть на этих ошибках.

При этом концептуально наполнение агитационной кампании блока оставляло желать лучшего. Мессиджи выглядели довольно популистскими и несбыточными, будь то одновременное с выборами проведение референдума по Конституции, перевод армии на контрактную основу в самое ближайшее время или возврат за два года советских долгов вкладчикам Сбербанка СССР.

На пользу блоку в соревновании с союзниками и соперниками оказался вождистский и персонализированный контекст кампании, позволивший получить максимальные дивиденды на харизматичности своего лидера. В борьбе же за лояльность оранжевого электората существенное внимание уделялось возможности создания «широкой коалиции» за спиной БЮТ. Спикеры БЮТ заботились об удержании этой темы в «рабочем» состоянии на протяжение всей кампании.

В итоге БЮТ удалось превзойти самые оптимистические ожидания, сумев аккумулировать протестные голоса на востоке страны и выиграть борьбу за колеблющийся оранжевый электорат на западе и в центре. Блок Юлии Тимошенко демонстрирует уверенный рост электоральной поддержки от одной парламентской кампании к другой. И темпы этого роста значительно выше, чем у любой из украинских политических сил.

ПР: выигрыш без победы, а Янукович – «невозвращенец» 

Предвыборная кампания ПР началась с апрельского кризиса, связанного с Указом президента о досрочном прекращении полномочий Верховной рады. И в начале, как это ни парадоксально, строилась на идее отрицания выборов и активном противодействии их проведению.

Но, включившись в активную фазу кампании, регионалы сделали ставку на формат толерантной и уверенной в своей победе политической силы, отстаивающей уже ставшие традиционными для бело-голубых ценности  «стабильности и процветания». Это было следствием того, что позиции «умеренной группы» в ПР значительно усилились. Штабисты ПР сделали ставку на программно-экономическую составляющую, с огромной долей социального популизма. Объясняться такой спокойный старт кампании мог уверенностью ПР в том, что власть она не потеряет.

Однако где-то к началу сентября стало очевидным, что толерантная кампания не дает ожидаемых результатов. Обозначилась реальная угроза того, что даже выиграв выборы, регионалы могут проиграть коалицию. И тогда, уже «на марше» ПР сделала ставку на более агрессивный формат кампании.

Во-первых, была снова реанимирована тема русского языка и НАТО (в интерпретации борьбы за внеблоковый статус Украины). Во-вторых, началась более активная и агрессивная атака на лагерь оппонентов. Основной акцент делался на том, что «помаранчевые никогда не смогут договориться между собой». В-третьих, ПР начала активно раскручивать ретроспективные темы работы помаранчевых правительств(естественно, в негативном контексте).  

Стоит отметить, что кампания ПР, помимо электоральных и коалиционных задач должна была решить и ряд наметившихся внутренних проблем. Речь идет о борьбе номенклатурной и бизнес-групп в ПР. Во время кампании достаточно сильно бросалось в глаза, что партия ведет именно партийно-брендовую, а не лидерскую кампанию. Рекламная и пиарная стратегия строилась именно на накачке партийного бренда. 

Янукович играл важную роль в кампании, однако все усилия умеренной группы Колесникова-Ахметова были направлены на то, чтобы и аппаратные, и электоральные акции «локомотива» партии были существенно размыты. Ставка делалась на то, чтобы рейтинг собственно партийного бренда максимально приблизился к рейтингу премьера, что превращало бы последнего из малоприемлемой для бизнес-группы ПР но неизбежной составляющей партии в легко и безболезненно заменяемый в случае необходимости элемент.

Сегодня уже практически очевидно, что ПР теряет власть. При любых коалиционных конструкциях ПР уже не получит такого объема полномочий и ресурсов, которым партия располагала в период премьерства Януковича. И даже первое место по итогам избирательной кампании не решает этой проблемы. Определенные шансы сохранить контроль над правительством (очевидно, с ощутимыми кадровыми подвижками в пользу потенциальных союзников по коалиции) появлялись в случае прохождения в парламент Соцпартии Александра Мороза. 

Теперь же даже электоральное лидерство не дает коалиционной победы: регионалы, в отличие от Юлии Тимошенко, не имеют такого серьезного партнера по коалиции, как пропрезидентская НУ-НС. Малые партии – потенциальные партнеры ПР, в сумме не набирают 15 %, которые есть у НУ-НС.

Но даже если допустить участие регионалов в создании правительства, то уже сегодня ясно, что шансы Януковича возглавить его достаточно низки. Если Янукович не становится премьером, то он почти автоматически выводится из пула реальных кандидатов в президенты на выборах 2010 года.

В тоже время, сама ПР продемонстрировала достаточно нетипичную для Украины тенденцию: партия, пребывающая во власти, вышла из кампании фактически без рейтинговых потерь, и даже с минимальным, но все же рейтинговым ростом. Однако, оппозиционная перспектива является неоднозначной с точки зрения целостности партии и ее электорального будущего.

«Наша Украина – Народная Самооборона» (НУ-НС): теперь точно при власти

НУ-НС первой начала кампанию, задолго до того, как «тяжеловесы» и явные ее фавориты включились в гонку. Фактически, началом предвыборной кампании тогда еще НУ стало второе апреля нынешнего года, когда был опубликован первый президентский Указ о роспуске парламента. Начало острого межинституционального конфликта в конце марта вывело Ющенко и президентскую команду на «передовую» «борьбы  с Януковичем». Стоит отметить, что практически на протяжении всего кризиса, когда развивался наиболее экстремальный  формат конфликта, БЮТ оставался в тени, скорее прикрывая оппозиционные тылы, чем пребывая «на острие атаки».

Радикализация Ющенко встретила одобрительную реакцию в пуле оранжевого электората. Президент начал набирать электоральные баллы, постепенно перетягивая на себя функцию главного «януковичеборца» страны. Сценарий досрочных выборов, адептом которого изначально являлся БЮТ, становился прерогативой и заслугой президента, и естественно, его партийной тени – «Нашей Украины».

То есть, уже к середине весны, когда дата выборов была еще покрыта туманом, а сама возможность их проведения была достаточно сомнительной, была расчищена далеко не самая плохая стартовая площадка для предвыборной кампании пропрезидентской партии.

Весенний политический кризис и был по сути основной политико-предвыборной кампанией НУ. Команда президента и НУ инициативно опережали оппонентов и фактически «вели» тему досрочных выборов. Кроме того, задолго до официального старта кампании НУ, пользуясь неопределенностью в рядах противников и конкурентов методично «застолбила» за собой ключевые предвыборные темы, казавшиеся на тот момент выигрышными и электорально актуальными. 

В тоже время, именно эта поспешность со временем сыграла в минус НУ-НС, который уже сегодня можно считать стратегическим просчетом: блок выложил на стол все свои козыри еще задолго до начала кампании, а значит дал возможность оппонентам и конкурентам перегруппироваться и к началу выборов и разработать серию контрмер. Так было с социальными инициативами президента (увеличение материальной помощи при рождении ребенка), которые были «перебиты» более массивными конкурентами на «социальном аукционе» развернутом ПР и БЮТ. Аналогичная история произошла и с другим коньком НУ-НС – отменой депутатской неприкосновенности.

Теперь уже неоднозначным представляется и ход президентской команды с созданием собственно блока НУ-НС: очевидно, что поход двумя колоннами мог бы ощутимо улучшить общий результат сил проющенковского пула. 

Слияние НУ и НС не дало прямого арифметического плюсования. НС не добавила блоку те 5%, которые могла бы дать в случае автономного плавания. Кроме того, не дало ожидаемого эффекта и лидерство в списке Луценко – на момент старта проекта «Самообороны» Юрий Витальевич выглядел как новый игрок с серьезным потенциалом, что практически никак не проявилось в ходе кампании НУ-НС.

НУ-НС насытили кампанию по сути БЮТовской социальной и антиолигархической риторикой. Однако, предположительно в середине кампании стало очевидным, что пятерка лидеров не вытягивает кампанию. Президентско-правительственный конфликт стал постепенно отходить на второй план, на фоне конфликта активно включившихся в кампанию БЮТ и ПР. 

Промежуточный кризис кампании потребовал от НУ-НС изменения формата кампании, проявившегося в ее президенциализации. Сентябрьской повесткой дня президента стала постоянная критика Кабмина и премьера, совещания РНБО с просматривающимся предвыборным акцентом, поездки в регионы, на предприятия. В последней декаде сентября президент открыто включился в кампанию, когда во Львове призвал граждан поддержать свою команду НУ-НС. 

Вполне закономерно, что этот шаг был встречен в штыки оппонентами и молчаливо – «партнерами» из БЮТ. Однако, в юридическом плане ни у той, ни у другой стороны не было исчерпывающих аргументов. И несмотря на некоторые издержки морального порядка, этот шаг выполнил важную миссию. А именно – поставил точку в дискуссии о беспартийном или даже «над-партийном» статусе президента. Прецедент создан – президент участвует в парламентской кампании на уровне других институциональных лидеров, возглавляющих  свои партии – то есть премьера в отпуске Януковича и спикера разогнанного парламента Мороза. 

В целом же, статус-кво для президента сохраняется: в его распоряжении –приблизительно такая же по численности, но «почищенная» фракция в парламенте, которая в свою очередь остается весомым активом Ющенко. И в нынешнем раскладе именно от того, как президент этим активом распорядится, зависит и конфигурация будущей власти, и направление реформ в стране.

Но не стоит забывать о том, что роспуск парламента давал возможность рассчитывать на серьезное переформатирование властного ландшафта. Речь шла не только (и не столько) о возможности перехвата власти у бело-голубых, сколько о возможности потеснить БЮТ в оранжевом лагере, занять второе место на выборах и сформировать коалицию с БЮТ, но уже на своих условиях и со своим премьером. 

И заявка на лидерство в помаранчевом пуле выглядела достаточно убедительной. Однако в ходе самой кампании темп был утрачен. И все же кампанию НУ-НС вряд ли можно назвать проигрышной. Скорее ее можно назвать кампанией неэффективно использованных ресурсов и нереализованного потенциала.

Компартия (КПУ): вверх по лестнице, ведущей вниз

Электоральный результат КПУ являет пример наименьшей корреляции между достигнутой целью и логикой избирательной кампании. Коммунисты выборов не хотели, но боролись с их проведением со значительно меньшей активностью, чем другие противники выборов. Их кампания заметно уступала по интенсивности и затраченным ресурсам предыдущей парламентской, а голосов в итоге оказалось больше.

Уникальность нынешней кампании для коммунистов заключалась и в том, что они стартовали на выборах с непривычной для себя позиции партии, находящейся при власти. Кампанию, в которой, судя по всему, никаких сверхзадач не ставилось, партия провела на редкость вяло, с минимальной информационной и ньюзмейкерской активностью.

Партия пыталась эксплуатировать протестный потенциал своей идеологии, но старалась сдерживать себя в нападках на старшего партнера по коалиции. А наиболее вероятные возможности нарастить рейтинг для коммунистов простирались именно в этом направлении.

В итоге партия выполнила программу-минимум, преодолев проходной барьер и даже улучшив свой предыдущий электоральный показатель, но не выполнила программу-максимум, поскольку электоральный дивиденд коммунистов не может быть конвертирован в коалиционный.

Блок Литвина: бронзовая акция вместо золотой 

Досрочные выборы стали неожиданным и серьезным шансом для экс-спикера, который он попытался использовать максимально. Ставка, как и в 2006 году, была сделана на позиционирование в формате «третьей силы», которая является оппонентом и оранжевых, и бело-голубых. Однако по сравнению с 2006 годом, наметились ощутимые изменения и в риторике, и в стилистике спикеров блока. Если год назад Литвин пытался «мирить» разноцветные политические силы, то сегодня и те и другие стали объектом его жесткой и достаточно агрессивной критики.

Прохождение Блока Литвина в Раду допускалось, но такая возможность казалась достаточно призрачной. Сегодня же Литвин формирует дополнительную интригу коалициады. Достаточно знаковым является тот факт, что спикеры Блока Литвина на протяжении кампании ни словом не обмолвились о своих коалиционных предпочтениях. Это может объясняться ставкой экс-спикера на игру в «золотую акцию». При паритете бело-синих и оранжевых в новом парламенте именно от Литвина мог бы зависеть и формат коалиции, и общая архитектура поствыборной власти.

Но теперь уже становится понятным, что золотую акцию блок утратил: оранжевые, судя по всему, имеют достаточно мандатов для формирования коалиции на двоих. Участие же Литвина в коалиционном проекте Партии Регионов также ничего не решает по сути, ибо чисто арифметически даже в ситуации прохождения социалистов, ПР не набирает достаточно депутатских штыков для формирования большинства. То есть ни в одной из конструкций Литвин не является обязательным «недостающим элементом», соответственно – не сможет претендовать на позицию спикера, которая при иной раскладке сил была бы очевидным эквивалентом золотой акции.

Безусловно, конструкция «оранжевые без Литвина» будет иметь очень незначительный количественный перевес. Над ней будет постоянно нависать гипотетическая угроза оттока нескольких депутатов и переформатирования коалиции в пользу ПР. Но трудно сказать, что сейчас является более выгодным для БЮТ и НУ-НС. В случае с Литвиным речь будет идти о лишнем партнере в коалиции, который так или иначе, но будет иметь определенные кадровые претензии. В случае без Литвина одним из выходов может стать принятие нормы об императивном мандате в формате, исключающем возможность перехода депутатов в другие фракции.

Незначительный перевес оранжевого большинства несколько повышает стоимость и значимость акций Литвина, но они не являются определяющими. Сегодня для блока практически очевидным является выбор: идти во власть на правах младшего миноритарного партнера, без претензий на спикерство, но с небольшим компенсационным кадровым пакетом, либо же идти в оппозицию, вместе с ПР и КПУ вообще без каких-либо кадровых дивидендов и с угрозой потерять идентификацию в электоральной оппозиционной тени Партии регионов. И есть достаточно оснований говорить, что при такой раскладке выбор будет сделан в пользу небольшой, но все же власти.

Однако, при этом не стоит забывать, что и регионалам есть чем заинтересовать Литвина. После коалициады неизбежно возникнет проблема конкурентоспособной кандидатуры лидера оппозиции, который с этой площадки мог бы стартовать уже в президентской кампании. Не исключено, что финансово-организационное ядро ПР сделает ставку на Литвина, учитывая как проблематичность прохождения Януковича в президенты без премьерского статуса, так и очевидную несостоятельность экс-премьера как парламентского трибуна. 

Кроме того, кандидатура Литвина частично решает проблему избирателя Западной Украины, в большей мере – Центральной Украины, и в определенной степени позволяет рассчитывать на благосклонность Востока, который в случае ухода Януковича в тень, будет иметь естественную потребность в «своем кандидате».

***

Правящая Партия регионов судя по всему проиграла власть, де-факто выиграв выборы. Победителем коалициады и премьериады может стать Юлия Тимошенко. БЮТ совершил колоссальный по нынешним украинским меркам, ведь все электоральное поле фактически «поделено» между основными субъектами кампании, о чем в частности свидетельствуют и мизерные результаты новых малых партий. 

На сегодня Тимошенко является единственным политиком, который уверенно выходит за рамки своей базовой электоральной географии. То есть – будучи «западным политиком» берет голоса на Востоке страны и может претендовать на статус общенациональной политической силы.

Нынешний не столько электоральный, сколько коалиционный результат ПР на этих выборах без преувеличения может стать началом конца партийного проекта, по крайней мере в его нынешнем мега-формате. В первую очередь свою роль может сыграть конформизм финансово-организационного ядра ПР.  Трудно сейчас сказать, как повлияет оппозиционный статус на прочность рядов регионалов, но учитывая наметившийся внутрипартийный водораздел, навряд ли он сплотит ПР. 

У бело-голубых остается три потенциальных сценария. Первый – конституционная игра, реализация которой будет невозможна без 300 голосов, а значит – без голосов ПР. На этом этапе ПР сможет рассчяитывать на получение определенных оппогарантий Второй – игра на противоречиях между БЮТ и НУ-НС с прицелом на раскол коалиции и возможность втянуть пропрезидентский блок в свой коалиционный проект. Третий (пока весьма гипотетический) – игра на антипрезидентский союз с БЮТ, который дает уверенное конституционное большинство, и теоретически позволяет перекроить конституционное поле «на двоих».

Президент Ющенко, ставший основным действующим лицом в контексте роспуска парламента, не выиграл, но и не проиграл. Он по-прежнему имеет в своем распоряжении мощный и решающий в нынешней ситуации актив парламентской фракции. И на самом деле, по крайней мере, чисто технически, именно НУ-НС имеет своеобразную золотую акцию. НУ-НС входит в коалицию с БЮТ на роли миноритарного партнера, но в коалиционном контексте существенный перевес БЮТ будет компенсироваться ресурсом президента.

Однако, воссоздание коалиции майдана – самый прямой и простой сценарий развития событий. На сегодня достаточно факторов свидетельствуют о том, что ситуация может развиваться и по другим, «обходным» сценариям.  Сегодня, с разной степенью вероятности можно предполагать следующие

Пока еще, пусть и с все меньшей вероятностью можно предполагать коалицию с участием ПР. Но самостоятельно, без помощи пропрезидентских сил или БЮТ такая коалиция теперь уже невозможна, даже чисто арифметически. Если допускать возможность такого неоднозначного слияния, то можно уверенно говорить о том, что Виктор Янукович данное правительство не возглавит.

Далее. Президент может попытаться сыграть в игру «не Тимошенко и не Янукович». Если оба по каким-либо причинам (скажем, не голосования ряда депутатов к примеру БЮТ за своего же кандидата) не смогут набрать достаточно депутатских голосов в Раде во время голосования по кандидатуре премьера. 

В подобной ситуации инициатива переходит к Ющенко, который получает возможность усадить в кресло главы Кабмина устраивающую его техническую кандидатуру («ничей премьер»). Не исключено, что провал премьериады может спровоцировать новый виток конституционного процесса в сторону усиления полномочий президента и даже новые парламентские выборы весной 2008 года под новые конституционные полномочия президента и парламента.

Однако наиболее реалистичным и естественным, по крайней мере, на данном этапе представляется все же вариант правительства Тимошенко. В таком сценарии президент, даже несмотря на очевидную антипатию к кандидату в премьеры, получает шанс без проблем реализовывать свои ключевые программные цели. Во-первых, навряд ли в такой конфигурации будет когда-то поднят столь болезненный вопрос второго государственного языка, по крайней мере – на правительственном уровне. Во-вторых, скорее всего им удастся достигнуть взаимопонимания по ключевым внутренним вопросам – в первую очередь по вопросу земли, реформе судебной системы и армии.

Конструкция поствыборной власти в Украине (не важно, с Литвиным во власти или в оппозиции) практически ясна. Безусловно, соблазн проверить на прочность Партию регионов чрезвычайно высок и в команде Тимошенко и в президентской команде. Но, скорее всего, в Украине будет иметь место своеобразный элитный пакт: ПР будет отстранена от власти, но получит мощные политические и экономические гарантии в обмен на конструктивную оппозиционность.

Не стоит забывать, что голоса ПР критически важны и для конституционной игры. Которая, вполне вероятно, теперь уже будет развиваться в формате частичного «отката» политреформы 2004 года и восстановления полномочий института президента. Безусловно, каждая сила будет вести эту игру с прицелом на свои президентские перспективы. 

И в этом смысле, площадка «лидера оппозиции», в зависимости от показателей работы правительства, может стать даже более приемлемой в контексте будущих президентских выборов, чем пост премьера или действующего президента. С другой стороны, есть серьезные сомнения в том, что Виктор Янукович будет в состоянии справится с этой миссией.

Главной же интригой становятся теперь уже приоритеты новой правительственной команды во главе с Тимошенко. Груз социальных обещаний взваленных на себя БЮТ чрезвычайно велик. И Тимошенко понимает всю важность их реализации, ибо наверное как никто в Украине осознает уровень корреляции между социальной динамикой правительства и электоральными позициями своей партийной команды.  

Большие социальные проекты с проблематичным финансированием потребуют привлечения новых финансовых ресурсов и в этом смысле «борьба с олигархами» становится едва ли не безальтернативным путем. Вряд ли можно говорить о новой волне реприватизации, однако в более мягких формах «социальная ответственность» крупного бизнеса (особенно – не БЮТовского) будет реализована на практике. 

Это, в свою очередь, может спровоцировать противоречия между командой президента и БЮТ, что в тоже время может быть компенсировано достаточно объемным пакетом общих интересов и ценностей во внешнеполитической и энергетической сферах. 

Но основных изменений стоит ожидать в сфере транзита энергоносителей. Тимошенко будет всячески содействовать тому, чтобы Украина как транзитер газа в большей степени играла на интересы потребителя  – то есть ЕС, а не поставщика – то есть России. Навряд ли движения в отношении России будут с ходу резкими, но интерес Тимошенко так или иначе будет лежать в плоскости смены нынешней энергетической схемы. 

Следует ожидать попыток возобновления активных контактов Украины и Туркменистана в сфере прямых поставок газа. Кроме того, одним из безусловных приоритетов будет смена главного российского поставщика энергоносителей. Подобные шаги безусловно будут стимулировать движение Украины в сторону системы энергетической безопасности ЕС, и как следствие – в коллективную систему евроатлантической безопасности. 

Вадим Карасев, 
директор института глобальных стратегий (ИГЛС)

Дізнавайтеся головні новини першими — підписуйтесь на наші push-сповіщення.
Обіцяємо повідомляти лише про найважливіше.

Відправити другу Надрукувати Написати до редакції © За матеріалами Вадим Карасьов /
Побачили помилку - контрол+ентер
Останні Перші Популярні Всього коментарів: 1
Вибір редакції