"Кто виноват?" или "Что делать?"

"Кто виноват?" или "Что делать?"

Россия зовет в ту же самую модель общественного устройства, которая в 90-е годы обнаружила всю свою губительность.

Эти две темы, естественно, господствуют в живой части нашего информационного пространства – там где кончается махровая госложь гос-СМИ. Та, которую сейчас пытаются назвать свободой слова. И отстоять тем самым свое право врать вместе с правом воров воровать. (Замечу в скобках, что мы сами в том виноваты, когда назвали ложь и ошибку одним словом – "мнение". (Углублю скобку – и объявили воровство предпринимательской активностью.)) Но продолжу: вопрос, который меня занимает – какая из двоих важнее: "кто виноват?" или "что делать?".

В информационном пространстве их удельный вес совершенно не одинаков: "кто виноват?" доминирует. И тотально. Этот вопрос обсуждают все и очень охотно. Говорить про "что делать?" желающих гораздо меньше. Почему, совершенно очевидно. Главная причина в том, что ответ на "кто виноват?" очень приятен. Это всегда не "я". Всегда – "гады". И, в общем, в какой-то степени такой ответ правильный. В какой-то. А "что делать?" – вопрос очень опасный. Ведь ответ на него – что делать МНЕ. А делать МНЕ и страшновато (и не без причины, еще как не без причины), и неохота, и лень, и нет времени...

В общем, тема "кто виноват?" много приятней. Особенно если не углубляться, не закапываться в нее. Чтобы, неровен час, не докопаться до "хочу стучать во все дома подряд и бог весть у кого просить прощенья" (жил когда-то в Перу, а потом в Париже такой прекрасный поэт – Сесар Вальехо). А так, конечно, приятно. Обсуждать вопрос, ответ на который ты знаешь.

Но приятней-то она приятней, а вот полезней ли? Сказать, что совсем бесполезна, нельзя. Конечно, не 86 процентов, но процентов 50, а то и 60, или около того, кто виноват, не понимают. Впечатлительные они у нас. И телеложь в них здорово так впечатывается. Да и не "теле-" – тоже. Так и живут они с уверенностью, что это англичанка гадит. Или американка. Ну, и далее – по списку: кто угодно, но не мы. Из этих 50-60 процентов не меньше половины, как сказали бы врачи, некурабельны: понять ничего не могут. Ну, просто такое состояние головы. Но зато вторая половина, а это миллионов 20-30, способность к пониманию утратили не полностью. И объяснять им, что именно происходит, куда их завели, кто и как, безусловно, смысл есть. В этом смысле, любые разоблачения коррупции и прочей лжи – дело, конечно же, полезное. И необходимое.

Но – совершенно не достаточное. Потому, что "кто виноват?" перетекает в "что делать?". И здесь единственный имеющийся у протестующей публики ответ – наказать виноватых, а как – это уже у каждого в меру его фантазии, раздражения и человеколюбия. Ответ такой по-человечески очень даже понятен. Но продуктивен он мало. Во-первых, занявшись расстрелом (повешиванием, утоплением, четвертованием и так далее) гадов, остановиться трудно. А во-вторых – кто ж работать будет. Одних сажаем, другие сажают, а кому дело делать? Кому определять, что это за дело такое? Кому его планировать? Кому организовывать?

Вопрос же "что делать?" обличителям будет задан немедленно, как только их обличение дойдет до ума слушателя. А ты-то что предлагаешь?

И тут – не будем кокетничать – от наших до этого так уверенно звучавших голосов ничего не остается. Начинается лепет. И, как бы мы ни старались вставлять в этот лепет умные слова и правдоподобные теории, слушатели-то наши если не понимают, так чувствуют, что сказать-то нам им нечего. Совсем нечего. Долой? Ну, хорошо пусть "долой", а дальше? Учредительное собрание? А что оно учредит? Независимый суд? А от чего независимый? От начальства? Народа? Закона? Ответственности? Совести? Смена властей? На ЧТО смена? В чем будет состоять замена? Персонально и идеологически – что, граждане, собираетесь строить на месте разрушенного? Ну, и так далее.

Вопросы же всё это самые простые, сами в голову лезут. И ответы мы на них дать не можем. Кроме "Не бось! Всё будет тип-топ" – того же самого обманного "тип-топ", которым уже какой год кормят народ наши Бимы и Бомы.

И оказывается, что вся наша такая успешная до этого момента пропаганда с аэросъемками шубохранилищ и бороздящих Тирренское море яхт в этот момент рассыпается. Потому что на простые и ясные вопросы у нас нет ответов – таких же простых и ясных. А те, что есть, неубедительны для нас самих же, да – и к чему лукавить – являются ничем иным, как самым обычным самообманом.

По сути, ведь мы зовем общество в ту же самую модель общественного устройства, которая в 90-е годы обнаружила всю свою даже не просто несостоятельность, а губительность для общества. Ну, и чем мы тогда отличаемся от коммунистов, зовущих в брежневское вчера или сталинское позавчера? Или – от традиционалистов, млеющих от имен Столыпина и Третьего Александра не меньше, чем сталинисты – от имени Сталина, а мы сами – от Гайдара?

Ведь это же абсурд – надеяться с такой программой получить кредит доверия, рассчитывая только на то, что лица и манеры у нас поприятней. Особенно – после того, как мы так бездарно одним кредитом уже распорядились.

Вот и выходит, что без "что делать?" все наши обличения "кто виноват" уходят в песок. И что от вопроса "что делать?" нам всё равно никуда не деться. Придётся думать.

Как бы нам ни было это занятие противно.

Оригинал 

Похожие темы:

Следующая публикация