Истекал кровью во время тревоги: в Киеве медики посоветовали тяжело раненному мужчине ждать отбой — подробности скандала

Вокруг работы столичной службы экстренной медицинской помощи разгорелся скандал. Киевлянин, получивший тяжелое сквозное ранение в живот во время массированной ракетной атаки, услышал от диспетчера службы «103» фразу: «Ждите, пока не отбой воздушной тревоги!».

Эта история, которой мужчина поделился в сети, вызвала ожесточенные споры: одни обвиняют пострадавшего в том, что он не укрылся в убежище, другие осуждают врачей за отказ спасать жизнь.

Об этом говорится в репортаже корреспондента ТСН Ивана Воробёва.

Мужчина вызвал скорую, но медики посоветовали подождать

Киевлянин Юрий Терещук показывает журналистам ТСН тяжелый, острый кусок железной шрапнели, который едва не стоил ему жизни. Российский снаряд разорвался рядом с домом, осколки насквозь пробили окно и влетели в комнату. Мужчина рассказывает, что услышал сильный гул и увидел вспышку света, вскочил с кровати, чтобы выбежать в безопасный коридор, однако взрывная волна настигла его мгновенно и прижала к стене.

В этот же момент Юрий почувствовал сильный, жгучий удар в область живота. Прижав руку к ране, он увидел, что из него вытекают крупные сгустки крови. Мужчина не растерялся — схватил первую попавшуюся футболку, крепко скрутил её, прижал к ране и начал судорожно набирать номер «103».

Юрий Терещук, пострадавший киевлянин: «На мой первый звонок туда вообще не было никакого ответа, телефон просто молчал. Когда я позвонил в скорую повторно, диспетчер наконец сняла трубку. Я объяснил ситуацию, умолял немедленно прислать бригаду, потому что истекаю кровью. На что мне холодно ответили: „Ваш вызов принят, но дождитесь отбоя воздушной тревоги“».

Истекая кровью, Юрий позвонил в частную клинику «Добробут» — там вызов тоже зарегистрировали, но честно предупредили, что машина выедет только в том случае, если сама бригада добровольно согласится рисковать под ракетами. К счастью, через несколько минут человеческий фактор сработал в обеих службах: сначала перезвонили государственные медики и сказали, что уже мчатся, а впоследствии выехала и частная машина.

Государственная скорая прибыла чуть раньше — фельдшер оперативно оказал первую помощь, остановил кровотечение и вывел пациента на улицу, где его передали коллегам из частной службы для госпитализации. Сам Юрий — в прошлом медицинский работник, и он убеждён, что врачи согласились ехать под обстрел исключительно из-за коллегиальной солидарности.

Четыре категории вызовов и право на самооборону

Согласно действующим постановлениям Кабмина и официальным приказам Министерства здравоохранения, абсолютно все обращения граждан в службу «103» строго подразделяются на четыре категории:

• критические;

• экстренные;

• неэкстренные;

• непрофильные.

Главный приоритет и безусловное преимущество всегда отдаются первым двум категориям — это тяжелые ранения, травмы, инфаркты, инсульты, внезапные роды и массивные кровотечения. Случай Юрия Терещука со сквозным ранением и внутренним кровотечением относился именно к категории экстренных, поэтому медики юридически не имели права проигнорировать этот вызов. Однако здесь вступает в силу другая норма закона.

Ольга Богдан, заведующая отделением экстренной медицинской помощи № 1 города Киева: «Вызовы во время атак принимаются в обязательном порядке, и бригады всё равно выезжают. Мы не ждём отбоя, работа продолжается. Однако, если существует прямая угроза жизни самих медиков, согласно Закону Украины „О скорой медицинской помощи“, они обязаны в первую очередь позаботиться о собственной безопасности. Если во время движения начинается интенсивный обстрел, машина имеет право переждать опасность в ближайшем укрытии и только потом продолжить движение дальше. Учитывая конкретную тактическую ситуацию на дороге, руководитель бригады самостоятельно принимает решение — безопасно ли сейчас ехать или нет».

Основная юридическая коллизия в работе медиков

Врачи скорой помощи откровенно признают, что оказались в настоящем тупике между служебными инструкциями и базовым правом на сохранение собственной жизни:

• Медики — это гражданские работники, которые трудятся в мирном городе, и их собственная безопасность — это абсолютный законный приоритет. Ведь если погибнет бригада, спасать других пострадавших просто некому будет. Юридически никто не может заставить гражданского человека идти под прямой обстрел или ракеты.

• Врачи связаны профессиональным долгом и должностными инструкциями, которые требуют немедленного выезда к пациентам в критическом состоянии, где каждая минута промедления означает смерть человека.

Если на одном месте фиксируется большое количество раненых, скорая помощь действует по другому протоколу — первая машина, прибывшая на место, становится главным медицинским координатором. Она координирует работу всех последующих бригад и направления госпитализации, полностью подчиняясь руководителю операции по ликвидации последствий ДТП или обстрела со стороны ГСЧС.

Что предлагают медикам в условиях войны

В Государственном центре экстренной медицинской помощи отмечают, что сама по себе воздушная тревога не является законным основанием для запрета на выезд машин «103». В настоящее время все столичные и региональные бригады, выезжающие на маршруты в условиях военного положения, обеспечены индивидуальными средствами защиты — современными касками и бронежилетами — практически на 100 процентов. Кроме того, в прифронтовых областях продолжается активное внедрение политики обеспечения медиков специализированными бронированными автомобилями скорой помощи, хотя их количества пока все еще недостаточно.

Сам пострадавший Юрий Терещук, у которого раны от сквозного ранения уже почти зажили, говорит, что не испытывает никаких обид или претензий к врачам, спасшим его. Однако мужчина, как бывший фельдшер, настаивает: действующие протоколы и статус медиков должны быть немедленно пересмотрены на законодательном уровне.

В Министерстве здравоохранения уже отреагировали на эти запросы общественности. В Центре экстренной медицинской помощи и медицины катастроф официально объявили о создании принципиально новых специализированных бригад медицины катастроф. Эти подразделения будут проходить отдельную строгую аттестацию и тактическую подготовку. Они получат официальное приравнивание по статусу и условиям работы к спасательным службам ГСЧС и будут выезжать на передовую и места прилетов в первые минуты катастроф. Формировать такие элитные медицинские отряды будут преимущественно из опытных бывших военных парамедиков, вернувшихся с фронта, а уровень заработной платы у них будет существенно выше, чем у обычных врачей скорой помощи.

▶ На YouTube-канале ТСН можно посмотреть по этой ссылке: АВИАКАТАСТРОФА В ХМЕЛЬНИЧСКОЙ ОБЛАСТИ? СТАЛИ ИЗВЕСТНЫ ДЕТАЛИ РАЗГОВОРА ТРАМПА С ЗЕЛЕНСКИМ! | ТСН 20:00 16 июня