После критики Путина мне угрожали

Депутата Курской областной Думы Ольгу Ли до начала марта за пределами родного города знали немногие. В основном, как ярого критика власти. Возглавляемая ею местная газета "Народный журналист" много материалов посвящала борьбе с коррупцией и в частности – с прокурором Курской области Александром Филимоновым. "Благодаря" ему, точнее попыткам разобраться в его непрозрачной, по мнению журналистов, деятельности, депутат прославилась. Второго марта на YouTube странице своей газеты она выложила видеообращение, в котором, помимо критики прокурора, прямо обвинила российского президента в "преступном заговоре против собственного народа" и "пропаганде насилия". Также Ли сообщила, что, согласно проведенному ею опросу, в Курской области Путина поддерживает всего 25% населения. Вскоре против нее завели уголовное дело.

В интервью ТСН.ua Ольга рассказала о том, зачем взялась открыто критиковать президента, как ее пытались запугать и почему свое уголовное дело она считает абсурдом.

- Почему вы решились записать такое обращение и обратиться лично к Путину? Вы думали тогда о последствиях?

Перед тем, как опубликовать это видео, я отправила запрос на имя президента. Абсолютно этот же текст был в запросе. Получила формальную отписку, что "Президент является гарантом конституции, но не заменяет собой другие органы власти". При этом никто не просил его никого подменять, шла речь о тщательной проверке прокуратуры. Я обратилась к президенту, поскольку прокурора России, проявившего бездействие в нашем случае, назначает именно Путин. Это было уже не первое мое обращение. После такого ответа, решила привлечь общественность, тем более в своем письменном обращении я его [президента] об этом предупредила. Естественно предполагала, что будет внимание правоохранительных органов. Опасалась, но не настолько, чтобы молчать об этом.  Это то, о чем хотели сказать миллионы, но не могут этого сделать, в том числе из-за страха.

- Что было после заявления? С вами связывались чиновники, угрожали? Кто поддержал?

Поддержки было много - звонков и сообщений в соцсетях. Звонили депутаты  Государственной думы, региональных законодательных собраний. С моей позицией согласны очень много людей. Зато со стороны коллег, депутатов Курской областной Думы, [звучат] только угрозы. На заседании устроили публичное порицание. Больше всего наших депутатов оскорбило мое общение с украинской прессой. Практически меня назвали коллаборационистом.  Кто-то прислал на электронку фотографии убитого Немцова.  

- На вас завели уголовное дело. Как вы узнали об этом? В чем суть обвинений и связано ли это с вашим заявлением?

Думаю, что да. Заявителем стала судья одного из районных судов. Обиделась на [нашу] публикацию спустя полгода после выхода газеты. Мы скоро выложим аудиозапись этого заседания, и вы поймете, что оценка ее работы, сделанная журналистами, более сдержанна, чем ее собственная речь. Что интересно, о возбуждении уголовного дела я узнала не от следователей, в связи с чем уже подала жалобу в суд, а от моего оппонента на выборах и одновременно друга прокурора области Филимонова, в отношении которого мной подано уже три заявления о привлечении к уголовной ответственности. 24 марта на заседании областного совета он заявил об этом до уведомления меня следственными органами. Потом информацию подтвердил заместитель прокурора области Студеникин, родственник которого, в связи с громким журналистским расследованием, находится у нас "в разработке".  Дело заведено о клевете, я до настоящего времени не получила постановление о возбуждении дела, что является грубым нарушением. 

- Какие сейчас перспективы у вашего дела? Что говорят адвокаты?

С точки зрения юриспруденции - нулевые. В пресс-релизе на сайте Следственного комитета сказано, что дело заведено за клевету в отношении судьи в публикации "Заявление о привлечении прокурора области Филимонова к уголовной ответственности". Эта публикация появилась в сентябре прошлого года, а заявление было от сотрудников редакции. Я в этот период находилась в декретном отпуске. Публикация ко мне никакого отношения не имеет. Это скорее всего просто предлог. Но учитывая мое громкое заявление и то обстоятельство, что коррупционерам я наступила на горло, могут принять любое решение. По слухам, есть указание из администрации президента не допустить меня до выборов, так как я планирую баллотироваться в Государственную думу и в Курскую областную думу в этом году. 

- Предлагали ли вам помощь и правовую поддержку какие-то оппозиционные партии, гражданские организации?

Поддержки много, в том числе от различных правозащитных организаций. Вплоть до США. Из ПАРНАСа тоже предлагали помощь.

- "Народный журналист" делает много разоблачительных материалов о коррупции. Кто финансирует издание? Не было ли попыток его закрыть раньше?

Газету не финансирует никто. Она на самоокупаемости. Небольшая помощь от людей приходит, некоторых предпринимателей. Газета существует уже 10 лет. Практически с первого дня предпринимались попытки ее закрыть. Подавались на газету иски, но мы все выигрывали. Было три покушения на меня лично. Не то, чтобы убить, но напугать меня пытались. Первый раз стреляли в машину, в которой я сидела. Второй раз подрезали тормозные шланги. Третий раз я выходила из офиса, и человек с ножом подошел ко мне сзади. Буквально недавно это было. Все это связано с нашей деятельностью. Ведь из-за нас уже отправили в отставку пять генералов, двух руководителей налогового управления, руководителя следственного управления и руководителя судебных приставов. 

- В каком режиме сейчас работает ваша газета? Были какие-то проверки?

Работаем в том же режиме. Задернули шторки разве что (смеется). График выхода сбивается из-за недостатка в средствах, а так пока ничего неординарного не было, но это пока что. Думаю, будут закручивать гайки, запугивать, чтобы не допустить меня до выборов. 

- В одном из своих видео обращений вы сказали: "Сегодня в России не просто непопулярно, но и небезопасно рассуждать на тему Украины". Что именно опасно говорить?

Опасны высказывания об Украине и любое общение с украинской прессой. На заседании думы практически только об этом и говорили. Депутаты кричали: "Донбасс наш". При том, что это были даже не представители "Единой России", а ЛДПР. Обвиняли в общении с украинской прессой. Это, как бы, в России вообще под запретом. 

- Также вы затрагивали тему Крыма и намекали на непрозрачность референдума. Вы согласны с тем, что Крым должен быть российским?

Моя позиция по Крыму - это 100-процентная статья. Я ставила под вопрос законность присоединения Крыма. В тех условиях, в которых проходил референдум, все люди согласились бы присоединиться, чтобы избежать войны. Я считаю, что нужно было договариваться с Украиной как-то, может выкуп делать. Меня за это мнение обвиняют в экстремизме. 

Низкий рейтинг президента, который был мною озвучен, – это еще один повод для недовольства. Опрос, который показал 25% поддержки Путина, мы проводили своими силами. Опросили порядка 1000 человек: 500 в городе и 500 в районе. 

- Вы говорили, что если бы в России какие-то регионы заявили об особом статусе, то были бы "стерты с лица земли". Вас после этого не обвинили в поддержке украинской "хунты"? 

Результатом этих слов стало возбуждение уголовного дела формально по другим признакам. Я считаю, что на территории нашего государства этого не было бы допущено. У нас этому есть пример – Чечня. 

- Сегодня появились данные о том, что Донбасс напрямую управляется российскими чиновниками. Речь идет о некоем "теневом правительстве", в состав которого входят заместитель премьер-министра России Дмитрий Козак, замминистра экономики Сергей Назаров, а также замминистра финансов Леонид Горнин. Вы слышали об этом раньше от коллег-журналистов? 

Как вам сказать, мысли такие ходили. Официального подтверждения нигде не было. Я не знаю, правда ли это. Присутствие там граждан России в любом случае подтверждается. Как известно, в Сирию, например, категорически запрещено было вербовать людей, тогда как в Украину ехать можно было спокойно. 

- В Украине сейчас тема №1 – дело Савченко. Что в России говорят и думают об этом? Савченко презирают, ненавидят, игнорируют, уважают? 

Мнение разделяются. Моя позиция – конечно, необходим обмен. Не вдаваясь в подробности уголовного дела, я материалы дела не видела, могу сказать, что ее судили, как обычного человека, а не военнопленного. Считаю, что это грубое нарушение, поскольку она военнослужащий, воевала на своей территории. Она и сама требовала, чтобы это был военный трибунал. Вообще Савченко очень много людей поддерживает и считает ее героем. Тема о том, что мы с Украиной враги активно раскручивается прежде всего российскими телеканалами и прочими проправительственными СМИ, но мы очень хотим узнать реальную картину и вскоре проведем опрос. 

- В России все чаще нападают на журналистов и общественных активистов. Вы не боитесь за свою безопасность после этого заявления?

Каждый из нас не лишен инстинкта самосохранения. Но в данном случае ответственность за свою страну и желание достичь целей – смены власти, победы над коррупцией в высших эшелонах власти –  берут свое. 

Разговаривала Мария Мороз