Cамые страшные преступления в Крыму - похищения людей. Их не расследуют
Крымский адвокат Эмиль Курбединов
  • Количество комментариев 3
  • Количество просмотров 1052

Адвокат рассказал, как происходит защита политзаключенных на аннексированном полуострове.

Уже шестой год полуостров Крым живет под российской оккупацией. Шестой год Российская Федерация несет полную ответственность за то, что происходит на этой территории. И шестой год местные активисты пытаются существовать в российском законодательстве и отстаивать свои права, которые они имели при украинской власти.

Наиболее болезненно аннексию восприняли крымские татары. Власть в Украине неоднократно сообщала мировому сообществу о том, что Крым постепенно превращается в территорию репрессий, ведь тех, кто не согласен с аннексией запугивают, шантажируют, арестовывают, а иногда и убивают. Так как там не могут работать ни украинские дипломаты, ни международные организации, местные остаются один на один с российской государственной машиной. Кто-то отказывается помогать ФСБ, кто-то имеет больший авторитет среди местных, чем официальный ставленник от власти, а кто-то внезапно оказался в рядах террористической организации, которая во времена украинской власти была совершенно легальной и не совершала никаких терактов. Со всеми ними Россия борется довольно типичным еще советским методом – сфабриковывает уголовные дела и сажает за решетку на длительные сроки. На аннексированном полуострове в целом арестованы или осуждены уже более 100 украинских политзаключенных.

Крымские татары на полуострове пытаются объединяться и помогать друг другу в этой неравной борьбе с российскими властями. Так возникла одна из самых известных правозащитных организаций - "Крымская солидарность". "Гражданин двух государств, но сторонник одного", - так в своем Facebook пишет о себе один из ее активных членов, адвокат многих политзаключенных Эмиль Курбединов. В эксклюзивном интервью ТСН.ua он рассказал о наиболее резонансных делах против крымских татар в аннексированном Крыму и как их сфабриковывают, как адвокатам удается организовывать защиту и поддерживать семьи политзаключенных и кого больше всего преследует российская власть. 

Начнем с громких дел. Самое большое - дело "Хизб-ут-Тахрир". Расскажите поподробнее, в чем главная причина дела, кого больше всего преследуют по этому делу? 

Во-первых, большинство из тех, кто идет по этим статьям, это статьи террористические. Вы знаете, що в 2003 году Россия признала "Хизб-ут-Тахрир" организацией террористической решением Верховного Суда. И они подпадают под так называемые террористические статьи. Большинство из тех, кого преследуют по этим уголовным делам являются либо активистами, либо журналистами, либо волонтерами, либо  членами "Крымской солидарности". Особенно их много было в последнем аресте массовом, уже 29 человек там фигурируют, это самое большое дело. И 99,9% из всей этой массы по этим статьям террористическим - это крымские татары. Там есть несколько человек, которые не являются крымскими татарами. Например, Вадим Сирук, он украинец, принявший ислам, это "ялтинская група", где Эмир Усеин-Куку, он тоже проходит по этой статье об участии в "Хизб-ут-Тахрир".

Во-вторых, эти уголовные дела предусматривают сроки до пожизненного лишения свободы. Минимум там 10 лет в колонии строгого режима. Плюс сразу этим людям вменяют статью о подготовке к насильственному захвату власти в России и конституционному перевороту в довесок. Поэтому эти люди получают по 15, по 17, по 12 лет лишения свободы. Конечно же, из этой массы есть те, кто был активистом "Крымской солидарности", есть те, кто выходил с одиночными пикетами в 2017 году, была огромная масса пикетов в октябре-ноябре, есть волонтеры, которые делали передачки, есть волонтеры, которые возили людей в Ростов на эти судебные заседания и т.д. То есть такая активная прослойка населения. Есть в Ялте, например, Джеппаров и Алимов, которые отказались сотрудничать с ФСБ, и их тоже привлекли по этой статье особо тяжкой. Рассчет России на то, что это террористическая статья, это преступления террористической категории и правозащитники и международное сообщество не будет вникать в эти уголовные дела, так как есть ярлык терроризма и борьбы с терроризмом. Это тоже очень важно и рассчет именно на это. Использование этого антитеррористического инструмента для преследования таких активистов.

Что касается самих уголовных дел, то там огромное количество нарушений. Вообще, они базируются на двух столпах - это религиоведческая и лингвистическая экспертиза, и скрытые свидетели. Экспертиза состоит из того, что людей тайно записывают в мечети, дома, кухонные разговоры, отдают своим заказным экспертам, и они, извращая суть разговоров и встреч, говорят, что это были тайные собрания, на которых люди вели антироссийскую и антиконституционную риторику. И вообще это тайное собрание членов "Хизб-ут-Тахрир", полностью извращая весь смысл. А скрытые свидетели - это зачастую люди, которые работают на ФСБ либо это те, которых ФСБ шантажируют, в основном это нелегалы. И 2-3 человека, даже больше, сами ребята во время судов узнали этих людей. И довольно конкретно дали показания, что они знают, кто скрывается под этими скрытыми свидетелями так скажем. Вот эти два основные момента, на которых строятся эти уголовные дела.

Видео Адвокаты незаконно арестованных крымских татар называют условия их содержания в СИЗО РФ ужасными

В частности, юрист Эльвина Семидляева сообщает, что в Ростовском и Симферопольском изоляторах в камерах содержания сыро, по стенах постоянно течет вода, а пища испорчена тараканами. Об этом пожаловались сами арестанты. Всего за решеткой Кремль сейчас держит более семи десятков крымских татар, которых Украина считает политзаключенными.    

Адвокаты незаконно арестованных крымских татар называют условия их содержания в СИЗО РФ ужасными

Вы вспомнили о свидетелях и шантаже. То есть зачастую преследованиям подвергаются активисты и люди, которые имеют активную гражданскую позицию? Или также обычные религиозные люди, которые нигде не выступают?

В основном, это конечно же люди с гражданской позицией, но я вам говорю, что есть и те, которых нигде не было видно, но они, например, отказались сотрудничать. Например, те, кто симпатизировал этим людям или присутствовал на таких вот встречах. Непубличные люди там тоже есть. Эдем Смаилов, есть такой, он вел религиозную деятельность, он осуществлял имянаречения, проводил свадьбы, похороны, и имел авторитет. Есть у нас Духовное управление мусульман Крыма здесь, он был их оппонентом в этом регионе, и они не могли поставить своего человека. И этого человека тоже загнали под эту статью и ему грозит огромный срок. Есть и такие люди - они непубличные, но определенную активность осуществляли в своих регионах и были оппонентами российским структурам. 

Сколько вынесено приговоров по делу "Хизб-ут-Тахрир"?

Первый приговор - это Руслан Зейтуллаев и еще трое человек. Это севастопольская группа. Есть приговоры в отношении симферопольской группы - там 5 человек. Это уже 9. В целом - 14 приговоров уже вынесено и сроки там от 10 и выше до 17 лет лишения свободы. И вот ялтинской группе прокуроры запросили по 20 лет в колонии строгого режима. А так уже, я думаю в этом месяце у нас уже будет 20 приговор по этому делу. 

Всех остальных держат в СИЗО в Крыму?

В СИЗО, идет следствие. Сейчас несколько дел передадут в Ростов, по ним следствие уже закончено. Они либо находятся в СИЗО Ростова, либо в СИЗО Симферополя. В отношении которых уже приговор вступил в законную силу - распределены по России. Что еще очень важно - все эти люди во время судов, во время допросов заявляют о том, что они являются гражданами Украины, что российские паспорта они получили вынужденно и что к ним применима 4-я Женевская конвенция о гуманитарном праве.  Они говорят, о том, что Крым, согласно ратифицированной Россией этой конвенции, является оккупированной территорией и к ним применимо гуманитарное право. Их не имеют права вывозить из Крыма, их не имеют права судить, тем более в военных судах России. И потом отправлять отбывать наказания в российские тюрьмы, на территории России. Более того, вот совсем недавно, я думаю, это связано именно с этой риторикой, Путин внес указ о том, чтобы выйти с этой Женевской конвенции. Я думаю, что это связано именно с Крымом, именно с тем, что десятки людей заявляют о том, что Россия нарушает вот это гуманитарное право. 

Как помогает Украина задержанным крымским татарам в Крыму? 

Если говорить о государстве, то (помогает - ред.) консульство на территории Ростова. Консулы и советники постоянно присутствуют на судебных заседаниях. Они их посещают, фиксируют для себя. Они оказывают материальную помощь тем, кто находится в СИЗО на территории России. Но они не могут помогать тем, кто находится в Крыму, потому что Крым считается украинской территорией и консульство не имеет отношения к делам, которые проходят на территории Украины. А как только людей вывозят на территории России, в Ростовскую область, либо распределяют отбывать наказание по России - здесь консулы их посещают, приходят на суды, оказывают материальную помощь и ежемесячно направляют ее на счет этих людей, которые в СИЗО. 

Что касается правозащитников, то огромную помощь оказывают правозащитники, которые находятся на материковой Украине, в Киеве. Они нам помогают с международным правом, они нам помогают с отправкой (исков) в международные инстанции, актуализируют эти вопросы. Украинские правозащитники очень сильно нам помогают в этом плане. Есть один из важных вопросов, который сейчас актуализировался, - украинское государство убеждает нас всегда, что каждый день идут переговоры об обмене, возвращении украинских граждан на территорию материковой Украины. Первый этап прошел - это моряки и еще 11 человек. Сейчас, как нас уверяют, ведутся переговоры по второму обмену, и работа проходит каждый день. Если вкратце, то вот в такой форме это все проходит.

Вы как адвокат владеете ли информацией, что кого-то из ваших подзащитных внесли в списки на обмен?

Омбудсмен Денисова уверяла, и мы видели этот список, что все крымские татары, которые проходят по этим особо тяжким статьям проходят, они внесены в список на обмен. Очень важно отметить, что есть огромное количество резолюций ООН, Совета Европы, Европарламента с поименным списком с требованием к России их освободить. То есть поименно перечислены все эти политзаключенные.

Скольких политзаключенных вы непосредственно защищаете?

Это уже более 10 человек. Я участвую, как и моя команда, в каждом уголовном деле, касающиеся обвинений по террористическим статьям. И уже более 10 человек тех, кого я непосредственно защищаю.

Кто-то из крымских татар, которых задерживали в Крыму, сейчас находится в СИЗО Москвы либо этапируется туда?

Нет, на данный момент нет. У нас все находятся либо в СИЗО Симферополя, либо в СИЗО Ростова и Ростовской области, либо на этапе, когда перевозят из Симферополя в Ростов через Краснодар. Есть два человека - это Сервер Мустафаев и Тимур Ибрагимов. Они сейчас находятся в Краснодарском СИЗО. Они на промежутке таком, их должны доставить в Ростовское СИЗО.

"Дело Таблиги Джамаат" - задержанным по этому делу тоже вменяют террористические статьи?

Экстремизм. Это две разные категории, они влияют на сроки. Просто по экстремизму более-менее средние сроки. "Таблиги Джамаат" решением суда признана экстремистской организацией, не террористической. Поэтому там полегче со сроками, в том смысле, что там могут быть условные сроки. Одно дело, которое было более-менее публичное, - там один человек сейчас отбывает наказание, а остальные получили условные сроки. 

Расскажите немного подробнее по "делу 26 февраля". Это дело против 7 человек, которых обвиняют в организации массовых протестов против оккупации в 2014 году. 

Я был адвокатом у Ахтема Чийгоза на стадии предварительного следствия. В суде взял на себя обязанности по защите Николай Полозов. Лучше к нему обратиться по поводу защиты Ахтема Чийгоза, потому что он шел как организатор. И Эдем Семедляев защищал там Али Асанова, - крымский татарин, который шел как участник массовых беспорядков. Если говорить в общем - то конечно же это абсолютно необоснованное преследование, именно политические, за те действия, который были еще 26 февраля 2014 года, когда Россия не объявляла о своем присутствии здесь. Но якобы это преступление направлено против интересов России, поэтому оно было возбуждено и эти люди преследовались. Сейчас апелляционная инстанция прошла уже, вступила в законную силу и отправлена на ЕСПЧ. Уже это дело туда передали адвокаты.

Видео В России крымскотатарского блогера Мемедеминова приговорили к 2,5 годам тюрьмы

Российский суд обвиняет активиста в публичных призывах к терроризму. Сам Мемедеминов свою вину не признает. Зато накануне в своей речи в суд рассказал о нарушениях при обысках в его доме российскими спецслужбами.  

В России крымскотатарского блогера Мемедеминова приговорили к 2,5 годам тюрьмы

По поводу дела украинских моряков. Вы были адвокатом Богдана Небылицы. Несмотря на то, что моряки уже в Украине, дело до сих пор не закрыто. На каком этапе сейчас это дело? Когда запланированы будущие заседания по нему?

Вы знаете, здесь позиция российских властей такая - мы отпустили моряков под определенное поручительство, в отношении них уголовное дело не закрывалось, следствие идет. Они были выпущены, чтобы для того, когда начался суд, они прибыли обратно в Крым и участвовали в судебном заседании. То есть формально вот такое обоснование того, почему они были отпущены. Уголовное дело действительно не закрыто. Оно продолжается и следствие продолжается. В соответствии с уголовно-процессуальным законом - наверное, ФСБ должна уведомить всех моряков, что следствие закончено и дело передано в суд, и потребовать, чтоб они явились. Но, опять-таки, по делу моряков, все подробности надо спрашивать у Полозова, как координатора этого дела. А так, формально дело не прекращено, российская власть их может спокойно объявить в розыск, потребовать их явки на какие-то следственные мероприятия. 

Кто вам предложил войти в общую группу адвокатов по защите украинских моряков?

Когда моряков арестовали, Эдем Семедляев взял на себя функцию по поиску адвокатов. Именно он нашел всех адвокатов, когда вот только моряков арестовали и они были в Керчи, и организовал работу по защите их при аресте. Потом, со временем, Николай Полозов зашел в это дело и стал уже координировать, когда их уже переместили в Москву и так далее. И я как бы там остался. По приглашению Эдема Семедляева я вошел в это дело и так и остался. Потом были найдены московские адвокаты. Все началось с того, что Эдем обзванивал всех и приглашал помочь в этом деле. Крымские татары организовали передачки в первые дни, в Москву поехали и так далее. Потом, постепенно мы определились с тем, что Николай Полозов стал техническим координатором всех адвокатов для облегчения работы, потому что была большая команда. Он координировал, когда они уже были перемещены в Москву.

Как зачастую проходят обыски и задержания? 

Здесь очень важный момент - опять-таки, что их обвиняют по террористическим статьям. И здесь полностью развязываются руки у спецслужб. Они, проводя обыск по террористической статье, проводят по документам как спецоперацию. Привлекается Росгвардия, ОМОН, СОБР, все, что там возможно, вооруженные люди в масках. Все как положено, выбивают двери, окна, заходят к человеку в дом и проводят обыск, оцепив весь район. Я помню, в Бахчисарае оцепили целый квартал, запустили дронов, заглушили всю связь в этом квартале, ближе к местам обысков вообще не было сотовой связи. То есть проводили это как спецоперацию, потому что статья террористическая, и по документам они задерживают террористов. Один раз меня допустили, вот за 5 лет всего один раз, к Тимуру Абдуллаеву на обыск, и то, когда я начал возмущаться там, начал снимать видео, меня допустили уже в середине обыска. И больше адвокатов по таким обыскам не допускают. Они просто не пропускают их внутрь. Только после того, когда подзащитного увозит ФСБ, там уже можно как-то с ним встретиться на территории ФСБ и пообщаться. 

Еще одно дело - "дело украинских диверсантов". Что там сейчас происходит? Где они? На каком этапе следствие?

Часть увезли на территорию России, возможно даже всех. Я в полной мере не обладаю информацией по этой категории дел, потому что зачастую эти люди занимают не очень публичную позицию, и адвокаты этих людей тоже занимают не очень публичную позицию. И если честно, мне мало известно что-то об этой категории дел. Единственное, в чем я убежден, - что это такие же постановочные уголовные дела, как и по делам "Хизб-ут-Тахрир". Больше сказать мне нечего, потому что не очень публичные обвиняемые люди сами по этой категории дел, ни их защитники.

В декабре 2018 году вас приговорили к 5 суткам административного ареста за публикацию в Facebook, которая была еще до аннексии. Как вы это воспринимаете? Насколько тяжело быть адвокатом в аннексированном Крыму, учитывая всю ситуацию? Как адвокаты помогают друг другу?

Я об этом часто говорил, по сравнению с 2014 годом, слава богу, нас уже огромная команда. Команда таких сплоченных защитников, адвокатов, которые готовы друг друга защитить, если что-то такое из ряда вон выходящее случается. Давление оказывается постоянно, не только на меня. Но мои примеры более яркие, потому что дважды отсидел по административным материалам, которые тоже абсолютно нелепые. Конечно же, это было просто определенной причиной запугать меня. Последний арест был связан с тем, чтобы Министерство юстиции России потребовало исключения меня из адвокатуры как адвоката-экстремиста, который дважды привлекался по экстремистским статьям. Была поставлена такая задача и они к этому шли. Один раз меня арестовали по такому делу экстремистскому, второй раз арестовали - и уже Минюст вынес решение, чтобы меня исключили и лишили меня статуса как адвоката-экстремиста. Конечно, это связано с моей профессиональной деятельностью. 

Об административных материалах можно много говорить, но эти публикации были еще при юрисдикции Украины и абсолютно необоснованно они признавались экстремистскими. Как мы понимаем, это была просто причина, им нужно было против меня два админдела по экстремистским статьям. Чтоб потом вести меня к лишению статуса. 

На каком этапе сейчас требование Минюста РФ? Как проходит этот процесс?

Министерство юстиции вынесло предостережение адвокатской палате Крыма и непосредственно коллегии, где я работаю, что у вас в рядах есть адвокат-экстремист, мы просим его исключить и лишить его статуса. Иначе мы закроем и коллегию и поднимем вопрос ликвидации палаты Вот такое было предписание направлено в две адвокатские инстанции. Но, слава богу, при помощи СМИ, правозащитников, спецдокладчиков ООН и моих коллег местных и из-за рубежа, даже Федеральная палата РФ подключилась к этому вопросу и отказала Минюсту в исключении меня из коллегии. После этого никаких решений Минюст не принимал. То есть он внес такое предостережение, ему был дан отказ, после этого они пока ничего не предпринимают. Этот вопрос как бы завис.

В Крыму почти нет международных структур, международных организаций. Как вы сотрудничаете с подобными структурами за рубежом?

По ряду понятных причин, я, наверное, не смогу перечислить это поименно, до этого я говорил, что мы сотрудничаем с международными правозащитными организациями. И есть коллеги, которые нам помогают в составлении документов и отправке их в международные инстанции, в том числе в ЕСПЧ. Конечно, это сотрудничество есть, они специалисты в этом. И правозащитные организации оказывают помощь в распространении информации о нарушениях прав, они делают свои экспертные заключения, они делают доклады по этому поводу. В этом плане помощь коллег мы чувствуем, и это очень эффективно.

Что касается нарушений, какие самые вопиющие случаи были во время задержаний кримских татар, удержания в СИЗО?

Нужно понимать, что все, кто находится в следственных изоляторах, они находятся в нечеловеческих условиях. Буквально недавно я публиковал видео, где рассказывал о Тофике Абдулгазиеве, например, через что он прошел, когда проходил этапы из СИЗО Ростова обратно в СИЗО Симферополя. Это просто нечеловеческие условия. Нужно сказать, что у нас есть официальное письмо, которое получено моим коллегой из СИЗО, где четко указано, что следственный изолятор был построен в 1800 каком-то году и с этого времени капитального ремонта там не проводилось. То есть это полнейшая антисанитария, это просто истязания и пытки, по-другому это не назовешь. И каждый день эти люди переживают это. Есть те, у кого уже там пошатнулось здоровье. Есть те, кто болеет и так и им еще хуже им стало. Мы помним вот Бекира Дегерменджи, это по "делу Веджие Кашка", он при смерти был, пока его не вывезли в больницу. Очень много таких случаев.

Но самыми страшными нарушениями и преступлениями я, конечно, считаю похищение людей. Это крымские татары, активисты, которые пропали без вести и по которым Россия не проводит эффективного расследования. Ничего неизвестно, нет подозреваемых, начиная с дела Решата Аметова, который вышел на одиночный пикет еще в 2014 году, а потом был найден со следами пыток. Неизвестно и о других похищенных, об Эрвине Ибрагимове, о Мухтаре Арисланове, Тимуре Шаймарданове и так далее. Очень много таких дел, и это самая страшная категория дел. У правозащитника Абдурашида Джеппарова был похищен сын и племянник его. По многим из этих дел есть свидетельские показания либо видео, где видно, что их похищают люди в полицейской форме или в спецобмундировании. Мы считаем, что здесь замешаны агенты государства и государство не проводит эффективного расследования по этим делам. Вот это самые страшные преступления, которые до сих пор не раскрыты и не расследованы нормально. 

Видео В оккупированном Крыму нашли убитым крымскотатарского активиста Фахри Мустафаева

Его тело пытались скрыть, закопав в селе Араматное Бахчисарайского района. Об этом в Фейсбуке сообщил журналист телеканала АТР Шевкет Наматуллаев. 38-летний Мустафаев неоднократно был свидетелем в делах против крымских татар на аннексированном полуострове. Три года назад в доме Мустафаевых российские силовики проводили обыски.    

В оккупированном Крыму нашли убитым крымскотатарского активиста Фахри Мустафаева

Задержанные - это преимущественно мужчины. Чьи-то мужья, сыновья, отцы. Организовывается ли помощь для семей политзаключенных?

Конечно. Вот уже более двух лет действует "Крымская солидарность". И "Крымская солидарность" как гражданская инициатива взяла на себя несколько направлений, в том числе волонтерское, и помощь семьям и детям. Здесь есть организация, которая образовалась при помощи Лили Буджуровой "Бизим Балалар", что переводится как "Наши дети". Они оказывают помощь детям. Волонтеры "Крымской солидарности" делают передачки, возят родственников на суды, вместе с гражданскими журналистами приходят на места обысков, снимают судебные заседания и так далее. То есть у нас появилась такая самоорганизация семей политзаключенных как "Крымская солидарность" и в этом смысле она просто огромную работу проводит. И я вижу, и думаю мои коллеги тоже видят, насколько эта работа эффективна в плане консолидации гражданского сообщества на пути этой мирной борьбы. Это колоссальная работа, за что им огромное спасибо.

Интересно, существует ли какая-то помощь из России? Какие-то правозащитные организации, политики, волонтеры, может известные люди?

По поводу организаций, я вам могу сказать, что "Мемориал", Лев Пономарев, они оказывают нам поддержку, определенную помощь. Эту поддержку, если говорить именно по поводу России, то, это в первую очередь организация "Мемориал". 

Общался Алексей Ярмоленко

Оставьте свой комментарий