Харьков не для всех: странные достопримечательности и городские легенды

Последние

Больше новостей

Популярные

Больше новостей

Комментируют

Больше новостей

Некоторым из нас недостаточно красивых фасадов и неинтересны парадные входы – им подавай странные и загадочные страницы истории.

Предлагаю заглянуть в темные углы харьковских городских легенд, откуда веет холодом и могильной жутью.

ВЕК-ВАК: городской сумасшедший Митасов

Харьков_23
Фото: Кристина Ривера

Митасову "повезло" стать городской легендой не в последнюю очередь потому, что он жил возле Худпрома – самого богемного художественного вуза города. В начале и середине 90-х Митасов, будучи глубоко не в себе, повсеместно расписывал город надписями "ВЕК-ВАК", "МИТАСОВ", "ГДЕ НА ЗЕМЛЕ", став настоящим прародителем стрит-арта и вдохновителем харьковских художников. Известный график Павел Маков разработал шрифт на основе надписей Митасова, стараниями стрит-артиста Гомера и других надписи Митасова на стенах города обновлялись и даже до сих пор слегка видны в подворотнях вокруг Худпрома.

Фотогалерея Стрит-арт Харькова (5 фото)

По свидетельствам очевидцев, квартира Митасова была покрыта подобным надписями в несколько слоев, до того как эту ценную недвижимость в центре города продали новым владельцам.

Кора Ландау: история одного абьюза

Лев и Кора Ландау
Getty Images
Лев Ландау и Кора Ландау

Силиконовая долина 30-х годов ХХ века – институт УФТИ (Харьковский физико-технический институт) – прославил город тем, что именно тут лауреат всех немыслимых премий, ученик Нильса Бора, Лев Ландау расщепил атом лития, положив начало эпохе атомной энергетики. Эта история слегка стерлась из памяти потомков, если бы ее не воскресил провокатор от кинематографа Илья Хржановский, сняв фильм-эксперимент "Дау". Впрочем, УФТИ – до сих пор режимный объект, хотя снаружи и выглядит как филиал Колымы. А само реалити-шоу "Дау" снималось в другом месте – в заброшенном бассейне на улице Динамовской, и многие харьковчане успели принять участие в съемках и увидеть праворадикала Тесака до того, как он надолго сел в тюрьму. 

Впрочем, нас, как чувствительные души, больше интересует история Коры Ландау, жены гения, которая попала во власть абьюзера и пряталась в шкафу, когда ее гениальный муж водил домой буфетчиц и укладывал на свежевыглаженные женой простыни. Этот личный Стэнфордский тюремный эксперимент Кора описывает в своей книге "Как мы жили", рассказывая в деталях, как ее гениальный муж беззастенчиво пользовался своей безграничной властью над ней, подчеркивая, что "от Нобелевских лауреатов не уходят".

Дом с саламандрами и городские легенды о животных

Харьков_7
Фото: Кристина Ривера

На самом деле это жилое здание на центральной улице Сумской называлось "Дом Саламандры" и было доходным домом страхового общества "Саламандра" (которая, как известно, и в воде не горит, и в огне не тонет). По легенде, когда немцы бомбили харьковский зоопарк, животные из него разбежались, и в парадном дома Саламандры скрылся… жираф. Великан прожил в пролете между этажами несколько дней – жители подкармливали его чем могли, пока в подъезд не ворвался немецкий автоматчик и со страху не расстрелял несчастного. Жители настолько привязались к жирафу, что похоронили его, а не разделали на мясо, что можно было б предположить в голодные годы оккупации. 

Впрочем, это легенда (хотя милые подробности позволяют усомниться в ее неправдивости). Доказанный факт о том, как во время бомбежек три обезьяны сбежали из зоопарка и жили в развалинах Госпрома. Работники зоопарка подкармливали их картошкой и чем придется, пока не поймали самца, а он своими воплями призвал в зоопарк и двух своих самок. Этому событию даже посвящен памятник, но это не появившийся недавно фонтан с обезьянами в стиле "данс макабр", от которого просто берет оторопь. А нормальный реалистичный памятник, который находится внутри зоопарка и изображает, как водится, обезьян. 

Молодежное кладбище

В центре города, возле памятника архитектуры эпохи конструктивизма общежития "Гигант", было самое крутое городское кладбище №1 Иоанно-Усекновенское, где покоились большинство лучших людей города. На нем был похоронен инженер-конструктор, изобретатель танка Т-34 Михаил Кошкин. По легенде, Гитлер так ненавидел Кошкина, что лично приказал люфтваффе разбомбить место его захоронения (иначе зачем сбрасывать ценные бомбы на место, где и так все мертвы?).

К началу 70-х годов ХХ века кладбище было уже закрыто, потому что на нем давно не было мест для погребений, зато было нескончаемое пространство для пьянок и свиданий студентов близлежащих общаг. Городские власти приняли простое, но элегантное решение: кладбище ликвидировать, для чего объявили о сборе заявок на перезахоронение. Всего было получено около 2000 заявок от родственников, но пикантность вопроса состояла в том, что надо было присутствовать при эксгумации лично. Железными нервами обладали не все потомки усопших, таким образом, всего 800 могил было перенесено на другие кладбища. 

Подавляющее большинство останков, в том числе таких крупных деятелей, как Алексей Алчевский (основатель города Алчевск), предприниматель Николай фон Дитмар или поэт Микола Хвилёвый, было перепахано бульдозерами несколько раз. Сначала при прокладке теплотрассы, потом при строительстве спорткомплекса и бассейна все окрестные школьники переиграли в футбол черепами, а мародеры пособирали зубы и прочие ценности. Сейчас, по свидетельствам харьковских историков и экскурсоводов, кладбищенские артефакты часто появляются на OLX после сильных ливней. 

"Спи спокойно, дорогой Степочка"

"Про него рассказывали, что он говорил, что из всех яблок он любит только глазные..." – писал про Степана Саенко Велимир Хлебников в рассказе "Председатель чеки". Степан Саенко не был каким-то особенно страшным чекистом: просто "время было такое". Деникинцы, которые после ухода красных захватили Харьков, тоже особым человеколюбием не отличались и тоже пытали и убивали пленных. Но зато они успели задокументировать злодеяния главы комендатуры Саенко, который был одним из исполнителей приказов чекистов и даже попал в мировую литературу (о нем упоминали и Александр Солженицын, и Алексей Толстой, и Аркадий Аверченко). По приказу, исходящему от самого Феликса Дзержинского, в тогдашнее смутное время (1919-й год) была практика хватать заложников из числа зажиточных горожан и особенно евреев и требовать выкуп от родственников. А чтобы родственники становились посговорчивее, заложников пытали – например, сдирали кожу с рук ("перчатка Саенко" вошла в мировую историю пыток). Замученных сбрасывали в ближайший Кошачий яр, и их было столько, что не успевали прикапывать – из-под земли торчали руки-ноги. 

После революционных событий Саенко работал следователем по уголовным делам в районе Центрального рынка, одного из самых криминальных в городе, и даже расстрелял четырех киллеров, которые шли его убивать в предрассветной дымке.

Александр Солженицын в "Архипелаг ГУЛАГ" приводит историю неудачного ареста Саенко в 1938-м: якобы, когда за ним приехал "воронок", Степан уже ждал своих палачей с гранатой в руке. Те отступились, а наутро их всех самих арестовали. 

В общем, накокаиненный ужас революции в роли красного директора, а потом персонального пенсионера Степан Саенко дожил аж до 1973 года и мирно похоронен на Втором городском кладбище. Его знаменитый кожух и папаху (в которых он изображен на фотографии, разлетевшейся по всем интернетам) жена отнесла в Исторический музей для уголка революционной памяти города. В доме, где был концлагерь, живут люди, вокруг построены дома, а на месте того самого яра – даже детский сад. 

Автор благодарит Максима Розенфельда и Харьков. Экскурсии для Своих

Читайте также: Топ музеев с привидениями

Оставьте свой комментарий

Выбор редакции