Деньги Запада не помогают: почему немцы после 30 лет падения Берлинской стены до сих пор скучают по Москве и сложно проходят реинтеграцию

Последние

Больше новостей

Популярные

Больше новостей

Комментируют

Больше новостей

В Восточной Германии больше всего ультраправых настроений.

Германия празднует единство, но похоже пока только территориальную. 30 лет назад упала Берлинская стена - а это 155 километров бетона и колючей проволоки, это разделенные сотни семей, это жизнь совершенно разных политических укладов: полной свободы и тоталитарного контроля.

Ненавистную стену крушили бульдозерами. Разбирали ее на камни. Эйфория тогда была невероятная. Бетонная стена обрушилась. Но вот в головах стена и до сих пор осталась. Несмотря на то, что власть всячески пыталась поддерживать восточные регионы, вливала миллиарды евро, чтобы дотянуть их до уровня экономического развития запада. Несмотря на до сих пор незабытые злые коммунистические времена - восточную Германию до сих пор тянет к "совку", прокремлевские партии на выборах одерживают победы, говорится в сюжете ТСН.Тиждень.

Даже через 30 лет после падения стены в Германии до сих пор звучат разговоры о несбывшихся мечтах и надеждах. У немцев 30 лет назад была своя "ДНР". Точнее - ГДР. Истории головокружительных побегов на свободный Запад с так называемой Германской Демократической Республики, которая была абсолютной марионеткой Кремля - и до сих пор годятся для голливудских сюжетов. Впрочем именно восточные немцы, с той созданной Кремлем Республики, теперь являются главными фанами России в объединенной Германии.

Что это – фантомные боли или трещины единства, которые не залатали даже безумные деньги, что немцы отдали на объединение. Но там где много левых русофилов возникает и их опасная альтернатива. Вот-такая получилась интеграция.

Архитектура в стиле барокко, художественные шедевры в музеях, Дрезден называют Флоренцией на Эльбе. Город претендует на звание культурной столицы Европы в 2025 году. Но какой удар по репутации – муниципальный совет города говорит о "чрезвычайной ситуации – нацистской". В резолюции говорится – в Германии проблемы с последователями Гитлера, а на Востоке Германии особенно.

"Наиболее очевидно, что уже 5 лет подряд каждую неделю или каждые две недели на улицы выходят старые нацисты, ну хорошо, пусть это люди, которые попирают человеческое достоинство, которые о других людях высказываются как о вредителях, крысах. Беженцев в Средиземном море они бы лучше потопили. Моя резолюция о них", - говорит член муниципального совета Дрездена Макс Ашенбах.

Он представитель сатирической партии, это такая себе партия-шутка, впрочем политику не до смеха. Это сейчас большие партии открещиваются от коалиции с ультраправой "Альтернативой для Германии". Но рейтинги правых популистов растут как после дождя. Это уже – самая большая оппозиционная партия в немецком парламенте.

"Мы видим, что именно в Восточной Германии "Альтернатива" набирает на выборах на 10-12 процентов больше, чем в Западной части. Это последствия диктатуры ГДР и последствия трансформационного процесса. После 89 года людей больше не вели за руку. Люди снова искали авторитарные структуры, искали лидера. И тогда их подхватили правоэкстремистские партии", - подчеркивает профессор политологии университета Дрездена Ганс Форлендер.

Привычка подчиняться сильной руке подводит их взять в руки флаги России. Эта неожиданная любовь к Москве проняла даже восточногерманский политический истеблишмент. Именно здесь больше всего упираются экономическим санкциям и призывают немецкое правительство их отменить. Избирательную кампанию премьер Саксонии Михаэль Кречмер, однопартиец Ангелы Меркель, начинал в России, на экономическом форуме Владимира Путина. Красно приглашал российского президента до Дрездена – такой известный ему город.

А вот в доме на Ангеликаштрассе 30 лет назад было представительство КГБ. И работал здесь нынешний президент России Владимир Путин. В то же время был он и сотрудником разведки ГДР. Его досье Штази не так давно нашли в архивах. И когда 30 лет назад восточные немцы выходили на улицы против Штази и постоянного контроля с СССР, то прошли годы и именно отсюда активно призывают к дружбе с Москвой.

Мы приехали в город Цайтц, 40 километров от Лейпцига. Во времена ГДР промышленный город. Много кто сейчас вспомнит немецкие детские коляски. Именно здесь их и делали. Крупнейшая в Европе фабрика колясок "Цекива" ежегодно производила до полмиллиона тележек и вагонами экспортировала в СССР. Трудились над ними две тысячи работников.

"Это был живой город. Везде было много людей. Квартиры были не такими красивыми, как иногда бывают современные помещения. Но мы жили тем, что имели. Бедными не были. Есть имели вдоволь. Кроме бананов и апельсинов. Но мы и сегодня их не каждый день покупаем", - говорит бывший работник фабрики Ханс Йоахим Штраух.

Хансу Йоахиму было 17, когда он приехал в Цайтц после армии. Выучился на педагога и стал работать мастером-инструктором. Любит вспоминать большой коллектив и совместные празднования Дня трудящихся или 8 марта. Здесь он женился, жена, как и все восточные немки – ходила на работу, дети были в яслях, садике и школе. На Западе Ханс Иоахим нередко посещал родственников – без жены и детей. Как-то попытался выехать с семьей, но получил отказ. Умел вести себя осторожно и держать рот на замке, а после падения стены узнал, - не зря. Штази разместило "прослушку" даже в его спальне.

"Я вел курс студентов-мастеров, то были способные люди. Им надо было выбирать – или они здесь работают, или едут на протесты в Лейпциг. Я говорил – ребята, зачем вам это надо, если вы потеряете работу. Но они хотели на протесты в Лейпциг. Я сам никогда не ходил на демонстрации", - рассказывает он.

Новость о падение стены 9 ноября Ганс Йоахим впоследствии примет за шутку. И уже в декабре 89-го поедет со всей семьей к родственникам праздновать Рождество. Тогда при пересечении границы восточные немцы получали 100 дойчмарок приветственных денег.

Тем временем "народную собственность" в немецком соцлагере приватизируют. Товары проигрывают конкуренцию с западными, эффективность постсоветского производства низкая. Новые менеджеры из западной Германии массово сокращают рабочие места. Молодежь уезжает на Запад. Ганс Иоахим держался на работе до 93 года, потом уволили и его. Дальше было 20 лет безработицы. Здания фабрики стали руинами.

На нехватку средств Ганс Иоахим не сетовал, социальная помощь была. Он искал работу и путешествовал. Об объединении не жалеет, стену обратно не хочет. Но глубокая травма осталась, не только у него – у целого города. И это видно.

Эти дома в центре города стоят пустые и ветшают. Я вижу здесь закрытые двери, заколоченные окна. Вообще трудно представить, что это в Германии. Все они в частной собственности, однако тратить кучу денег на ремонт собственники не спешат, потому что потом эти квартиры будет просто некому сдавать.

За это немецкие СМИ назвали Цайтц городом-призраком. Но призрак оживает - благодаря новому поколению. Два одноклассника, оба Мартина – родились после объединения Германии. Впоследствии оба уехали учиться и жить на Запад. Теперь они вернулись – один Мартин из-за семьи, другой из-за того, что Цайтц - самый дешевый город Германии. Аренда жилья дешевая, многоквартирные дома здесь продают за несколько тысяч евро. Дороги и даже культурные достопримечательности, которые приходили в упадок из-за коммунизма, после объединения буквально накачивали деньгами и отстроили.

Старую бывшую библиотеку владелец из Франкфурта сдал в пользование молодым художникам. Они сделали поверхностный ремонт и поставили печки, теперь к зиме готовы более десяти художественных ателье. За дешевыми студиями художники едут из западногерманских городов. Устраивают выставки и богемные вечеринки и говорят – дела тут идут вверх.

"Нет, я не могу понять этого притяжения на Восток, когда все еще недавно так бежали в сторону Запада", - говорит художник Мартий Цайглер.

Рассматриваю на стене рисунок Путина и думаю – неужели восточнонемецкая молодежь также ностальгирует. Но это, оказывается, серия портретов диктаторов. Ностальгия, говорит Мартин, не бывает логичной. Заполнить пропасть между Востоком и Западом немцам не удалось даже огромными деньгами.

30 лет после падения стены, а Восток и Запад до сих пор разные. Процесс заживления раны между Западной и промосковской Германией и до сих пор продолжается. И это дольше и сложнее, чем кто-либо мог себе представить. Для преодоления своей "ДНР" богатым немцам потребовалось целое поколение.

Наталья Фибриг

Оставьте свой комментарий

Выбор редакции