Жрицы любви и многообразие услуг: как в Киеве и Львове 19 века работали бордели

Тема старинных борделей в Украине почти никогда не упоминается на уроках истории, культуры и искусства. Однако они были, и кое-где работали легально. В Киеве, Львове, Каменце-Подольском были свои «улицы красных фонарей», которым было чем похвастаться.

ТСН.ua собрали самое интересное о работе публичных домов, их работницах и что было с ними в старости.

Киевские бордели 19 века: как работал легальный бизнес

Мало кто знает, что в 19 веке в Киеве было достаточно легко найти себе интимные услуги. Киев был переполнен борделями, а спрос на «жриц любви» был колоссальным. Так называемая «улица красных фонарей» в Киеве была прямо рядом с главной локацией киевских паломников.

На канале MR.KIRSANOV рассказали, что в 19 веке Киев бурно развивался из-за наплыва работников, элиты, нищих и даже разнообразных авантюристов. Научная и творческая интеллигенция приезжали в центр Киева и часто жили возле Андреевского спуска.

Интеллигенция имела свои вкусы, поэтому напротив только что открытого Киевского национального университета в парке можно было легко найти себе «жрицу любви». Со временем явление стало столь очевидным, что руководство университета стало возмущаться.

В тогдашних крупных городах Украины спрос на проституцию был бешеным. Причиной этого являлись общественные нормы, по которым до брака нельзя было вступать в интимные отношения. Так что мужчины искали развлечений в домах любви. Также тогдашним мужчинам нужно было сначала позаботиться о карьере и заработке, прежде чем жениться. В брак они вступали уже зрелыми или даже стариками.

Проституция в Киеве 19 века активно развивалась и удовлетворяла любые прихоти. В городе были как дешевые притоны, так и элитные заведения, где ночь могла стоить целое состояние. В частности, в Киеве можно было найти дома разврата на Андреевском спуске.

Там немногие хотели селиться, чтобы не ходить много пешком, а еще были риски смещения домов. Ночью в домах на Андреевском спуске разыгрывались буйные сексуальные действа.

Такое соседство нравилось не всем, особенно паломникам, которые были вынуждены проходить мимо борделей. Духовенство призывало закрыть места разврата рядом с церквями, однако чиновники с набитыми кошельками откладывали эти решения в дальние ящики. Они и сами были частыми гостями этих заведений.

Когда бордели таки перенесли вниз спуска, киевские куртизанки начали мстить церкви — они ходили на исповеди к священникам, где в мельчайших подробностях рассказывали, чем занимались ночью.

Еще одним центром разврата в Киеве была улица Ямская, а на Крещатике были самые фешенебельные заведения. Там работали женщины с образованием, а за услугами приходили только богатые люди. В домах любви на Крещатике работали лакеи, музыканты, певцы.

Несмотря на религиозное значение Печерска, именно этот район стал первым неофициальным центром ночных развлечений, где секс-работницы обслуживали представителей всех общественных слоев — от студентов до военного командования. Работа местных заведений завершалась четко по графику — с первыми утренними звонами Киево-Печерской Лавры.

В 19 веке в Российской империи проституцию признавали терпимой, и жрицы любви обязывались становиться на учет полиции, проходить регулярные медицинские обследования и иметь «желтый билет» — разрешение на работу. Также существовали правила для владельцев борделей — мужчинам запрещалось иметь в собственности бордели.

Поэтому становиться владелицами такого бизнеса могли только женщины старше 35 лет. Они должны были получать разрешения на работу, согласие от владельца недвижимости, содержать заведения в чистоте и порядке и следить, вовремя ли работницы проходят медицинские обследования.

Привилегированное положение занимали «кокотки» — неофициальные, образованные секс-работницы, которые копировали парижскую моду, посещали театры и исполняли роль статусных спутниц для состоятельной элиты. Самым же бедным сегментом были «минерашки» — женщины, которые работали в нелегальных заведениях, замаскированных под дневные павильоны по продаже минеральной воды и кваса.

В 1843 году, после официальной легализации проституции в Российской империи, карта развлекательных заведений Киева претерпела изменения. Публичные дома начали концентрироваться на Андреевском спуске, а также на улицах Эспланадной, Нижнем Валу, Малой Васильковской и Саксаганского, которые горожане из-за постоянного шума прозвали «улицами сирен», пишут L’Officiel.

Часто так называемые «дома терпимости» маскировались под магазины, бары и кафе. Кроме Киева, огромное количество борделей также было в Харькове, Одессе и Львове.

Старинные бордели Львова

В конце XIX и начале XX века Львов принадлежал к крупнейшим центрам проституции в Центрально-Восточной Европе, конкурируя с Варшавой, Одессой и Неаполем. Во времена Австро-Венгрии этот промысел был официально легализован, а секс-работницы подлежали обязательному еженедельному медицинскому осмотру, пишет Zaxid.net.

В тот период в городе официально работали около 400 проституток. Главными локациями секс-индустрии были публичные дома в северной (еврейской) части города, а также на улицах Сербской, Госпитальной и Ужгородской. Там торговля телом велась открыто, на витринах.

Уличная проституция охватывала проспект Шевченко, территорию возле гостиницы «Жорж» и железнодорожные вокзалы. Исследователи отмечают, что большинство секс-работниц происходили из сел.

Они приезжали во Львов в 15-летнем возрасте как домашняя прислуга, а через несколько лет из-за бедности или давления семьи переходили в секс-сферу. Обычно такой заработок длился от 17 до 25 лет, после чего женщины покидали город.

Архивные записи свидетельствуют, что городские власти не только знали о них, но и финансировали содержание заведений из городской кассы. Бордель считался частью городской экономики и приносил доход.

Цены на услуги были относительно низкими: в XVIII веке они составляли примерно дневной заработок рабочего или меньше. Несмотря на это, заведения оставались частью городской жизни.

В 1885 году в Австро-Венгерской империи был принят закон, который ограничил проституцию и ввел медицинский контроль и территориальные запреты. Это фактически вытеснило легальные бордели из городского пространства, хотя явление не исчезло.

Историки отмечают, что старые бордели часто можно узнать по планировке зданий — скрытые входы, двойные выходы, сложная внутренняя структура. Кое-где эти архитектурные «подсказки» сохранялись во львовских домах еще в XX веке.

В начале ХХ века у Львова уже была более сложная и противоречивая система. Легальные заведения существовали рядом с подпольными, а городские власти периодически пытались упорядочить явление. Даже рассматривали идею создания отдельной «улицы разврата» на Госпитальной, однако жители отказались переселяться, и проект не реализовали. В то же время ограничения для проституток ужесточались: им запрещали работать в центре, возле гостиниц и представительских учреждений.

Система регулирования была достаточно формализованной. Уже с XV века часть доходов из таких заведений поступала в городскую казну. В эпоху Австрии и Польши действовали медицинские книги, регулярные осмотры и территориальные ограничения: женщины должны были жить подальше от школ, церквей и государственных учреждений. Контроль был жестким и постоянным, а нарушения наказывались запретом деятельности или штрафами.

Основными клиентами были городские низы, тогда как состоятельные жители обычно пользовались частными связями вне официальной системы.

Что было с работницами, когда они старели

Судьба жриц любви в украинских публичных домах была довольно разной. Чаще всего они теряли возможность работать в 30-35 лет, ведь бордели имели требования по возрасту.

В таких случаях женщины исключались из реестров. Государство не предлагало им помощи или социальных гарантий.

Поэтому такие женщины должны были самостоятельно искать себе работу и устраивать жизнь дальше.

Исследования о проституции во Львове конца XIX — начала XX века показывают, что значительная часть женщин была бедного происхождения и не имела социальной защиты, поэтому после завершения активной работы часто оказывалась в еще более уязвимом положении — как наемные работницы, кухарки, сиделки, служанки или женщины на случайных заработках.

Историки добавляют, что проституция для женщин того времени в Украине была уделом бедных женщин, а не «выбором карьеры».