Чем болен Донбасс

Чтобы понять, как живут в Абхазии, нужно хорошо уяснить одну вещь. Ее территория - это так называемая "серая зона", то есть она практически неподконтрольна ни одному признанному в мире государству. Это был выбор той части населения Абхазии, которое в свое время поддержала агрессию России против Грузии.

Естественно, в регионе были проблемы, и на них очень здорово сыграл Кремль. В 90-е, когда все начиналось, "играл" даже не столько Кремль, сколько те имперские силы, которые тогда жаждали реванша - прежде всего, советский генералитет и те представители партийной номенклатуры, которые перетекли в российскую власть и обладали огромным влиянием.

Война 2008-го года стала логичным итогом этой политики и политики Путина, который так и не смог уничтожить столь ненавистную ему грузинскую власть и остановить проводимые ею реформы. Никто же не станет всерьез утверждать, что Путину нужна Абхазия или Крым с Донбассом. Его цели - Грузия и Украина, а эти регионы всего лишь средства для их достижения.

И приходится "средствам" несладко. В "серой зоне" люди живут плохо и всегда будут жить плохо по одной простой причине: для любого региона или страны жизненно важна бизнес-активность, движение денежных средств и товаров, инвестиции. А кто будет вкладывать в экономику "серых зон" кроме уж совсем отчаянных аватюристов? Понятно, что никто. А без бизнеса не может быть и налогов, а значит, не может быть нормальных государственных услуг населению. Остаются те подачки, которыми Кремль кормит Абхазию и, будьте уверены, будет кормить Донбасс. Вот только в условиях бесконтрольности даже эти подачки "распиливаются" московскими и местными чиновниками, а населению достаются крохи.

В Абхазии ситуация усугубляется еще и тем обстоятельством, что абхазская элита начала строить этноцентристское образование. Возьмем хотя бы запрет на продажу недвижимости и земли иностранцам. О каком предпринимательстве тут могла идти речь, о каких инвестициях? В итоге более чем 20 лет богатый, красивый край находится в состоянии полного маразма.

На Донбассе, несмотря на все различия, будет приблизительно такая же ситуация - просто потому, что других вариантов практически нет и быть не может. Понимают ли это жители Донбасса? Нет, не понимают. Ровно так же, как не понимали это абхазы и те, кто поддерживал их в 1992-1993 годах и позднее.

Интересно, что в чисто практическом плане договор между Россией и так называемой "Республикой Абхазия" не изменил ничего. Как контролировалась Абхазия Кремлем, так и контролируется. Другое дело, что Путин "легист", и ему хочется, чтобы все было "по закону".  Патриотически настроенная часть грузинского общества остро реагирует не столько на действия Путина, ибо они вполне ожидаемы, сколько на бездействие наших властей, которые обязаны в такой ситуации занять активную и даже агрессивную позицию как на дипломатическом фронте, так и во всех международных организациях.

Именно с этим была связана недавняя масштабная акция протеста в Тбилиси, в которой приняли участие несколько десятков тысяч человек.  Интересы страны, интересы наших беженцев необходимо защищать здесь и сейчас, иначе в будущем может возникнуть парадоксальная ситуация, когда мировое сообщество нам скажет: "Ребята, извините, но вы в свое время не реагировали на то, что заключались договора, которые фактически означали аннексию Абхазии".

Такая же ситуация сегодня в Украине, правда, в отличие от грузинских властей, у нынешней власти в Украине нет пиетета перед Кремлем, и они адекватно реагируют на российскую агрессию. Но представим себе, что сегодня Россия аннексирует Донбасс. Что изменится фактически? Оккупация сменится на аннексию. То есть юридическая сторона меняется, практическая – вряд ли.

Вчера Андрей Илларионов на лекции, посвященной ситуации в целом на постсоветском пространстве, сказал очень интересную вещь: "Самое сложные заболевания – ментальные. Когда такие заболевания коллективные, они практически не поддаются лечению". Он говорил о россиянах, но это особенно подходит к тем же жителям оккупированной Россией регионов как в Украине, так и в Грузии. В результате концентрированной российской пропаганды людей на оккупированных территориях развилось конкретное ментальное заболевание – фобия. У многих жителей Донбасса это украинофобия, в случае абхазов – грузинофобия.

Вылечить человека индивидуально сложно, но можно. Но как вылечить достаточно большую группу людей? Ведь в случае с населением Абхазии речь идет о тысячах, а в случае с Донбассом и вовсе о миллионах. Для этого необходимо очень серьезное вмешательство. Конечно, прежде всего, снять вызывающие это заболевание факторы. В данном случае главный фактор – это путинская Россия. Но даже когда этот фактор будет снят, необходим длительный сложный процесс лечения. Его итогом должно стать осознание и принятие людьми существующей реальности, а не реальности, созданной российской пропагандой.

Поэтому когда мы говорим о проблеме Донбасса, Крыма, Абхазии, Южной Осетии, нужно понимать – начать решение этих проблем возможно только при системном кризисе в РФ, когда Кремль не сможет вмешиваться в дела оккупированных регионов. И даже в этом случае никто не может дать гарантию, что проведение необходимых лечебных мероприятий интегрирует жителей оккупированных территорий, искренне поддерживающих оккупацию, в грузинское или украинское общество. С Донбассом пока все проще, прошло не так много времени, однако это далеко не повод для оптимизма.

Приведу пример Северного Кипра. Сегодня жители Северного Кипра хотели бы воссоединиться с Южным Кипром, который экономически живет куда лучше – и это понятно, потому что там была "серая зона", здесь была законная власть. Но с какими трудностями столкнулся этот процесс? Теперь жители Южного Кипра далеко не с воодушевлением смотрят на перспективу воссоединения с отколовшимися "северянами". Так что пути назад может и не быть. И жителям Донбасса стоит об этом задуматься.