Выборы без проигравших

На проспекте Сахарова, там, где некогда бушевали стотысячные демонстрации против Владимира Путина, идёт концерт под проливным дождём. "Яндекс" весьма интересно описывает количество собравшихся: "пришло от пяти до пятнадцати тысяч человек".

Эти тысячи в поддержку Алексея Навального, судьба которого решится на выборах мэра Москвы в воскресенье, 8 сентября.

Это действительно так, потому что от того, сколько граждан отдаст за него голосов, станет ясно, отправится ли он в колонию на пять лет. К этому сроку его приговорил суд, обвинив в махинациях с лесом. Вообще-то, против Навального заведено шесть уголовных дел. Это доктрина Путина, который заявил, что "оппозиционер, критикующий власть, должен быть сам кристально чистым". Прокуратура поняла президента и результат налицо.

Однако, после объявления приговора, на улицы Москвы к Кремлю, без всякого согласования, вышли пятнадцать тысяч человек и запахло жареным. Пришлось Навального немедленно из СИЗО выпускать и дать возможность пребывать на свободе, пока он подаёт на кассацию.

Путин не скрывает своего неудовольствия. В интервью "Ассошиэйтед пресс" и "Первому каналу", он назвал Навального "этот господин", обвинил в том, что за ним тянутся уголовные дела и, нарушив закон, назвал проценты, которые предполагает получить на выборах их фаворит – нынешний и.о. мэра Сергей Собянин.

А телеканалы послушно показали речь Путина.

Но, это только еще больше взбесило сторонников оппозиционера. В Интернете идёт последняя волна невиданной агитации. Главная цель прийти и проголосовать – штаб Навального опасается, что его сторонники поленятся и останутся дома, где под чаёк и Фейсбук, будут костерить "кровавый путинский режим".

Навальный должен получить миллион голосов – такова цель его штаба. Это важно, чтобы политик мог сказать: "За мной миллион голосов!" И эта цифра вполне достижима, ибо именно в Москве наибольшее число недовольных.

Если у Навального будет миллион голосов, то власть окажется в патовом положении.

Если посадить его в колонию – этотмиллион выйдет на улицу.

Если осудить условно, поражением в праве избираться на шесть лет – этот миллион выйдет на улицу.

Если не посадить вообще и признать невиновным, на улицу никто не выйдет. Однако, это будет личным оскорблением Путина, который не привык к поражениям от гражданского общества.

Так или иначе, эти выборы, безусловно, шаг вперёд в общественной российской жизни. Это настоящие выборы впервые за пятнадцать лет. Конечно, выборы были и раньше, но это был парад фальсификаций. Однако Собянин сделал всё, чтобы, в случае победы, он считался легитимным мэром. Отменены досрочные голосования, сокращены до минимума открепительные талоны – главный инструмент фальсификаций. На участки будет допущено любое количество наблюдателей, будет разрешена любая фото и видеосъемка. Но, самое главное, сразу после подсчёта голосов на участке, наблюдателям будет выдано любое количество заверенных копий протоколов. Это значит, что фальсифицировать голосование задним числом и переписывать протоколы в укромном уголке не удастся.

Следует признать, что это невероятное достижение в выборной процедуре. И этивыборы можно было назвать идеально честными. Почти. Дело в том, что Навальный так и не был допущен к федеральным телеканалам, которые либо молчат, либо распространяют о нём негативную информацию. И тут ничего сделать невозможно – телевидение в руках Путина.

Однако, несмотря на то, что Навальный возможно не наберёт вожделенный миллион и даже отправится в тюрьму, он становится федеральным политиком – и с этим Кремль ничего поделать не может. Сколько бы нипроголосовало за оппозиционера – это все его голоса, и впервые его рейтинг обретёт законные очертания, подтверждённые Мосгоризбиркомом. Поэтому, в случае его посадки, Кремль ждёт невиданная череда массовых выступлений.

Однако, победитель, а им ожидается Собянин, также оказывается, возможно ,первым легитимным политиком федерального масштаба – Путин не в счёт, ибо фальсификации на его выборах общеизвестны.

Кто знает, возможно, в 2018 году Собянин и Навальный вновь встретятся на выборах.

На президентских.

В России всё возможно.  

Матвей Ганапольский