The New York Times опубликовала план Путина по разделу Сирии

Воспользовавшись параличом американской политики в Сирии, неожиданная эскалация военной деятельности России в этой стране стремится изменить порядок стратегического ландшафта на Ближнем Востоке.

Об этом пишет Хуссейн Ибиш в статье под названием "План Путина по разделу Сирии", опубликованной на сайте газеты The New York Times.

Похоже, мало кто понимает в полном объеме, что пытается сделать российский президент Владимир Путин. Это отчасти потому, что, в теории, это должно быть за пределами возможностей России. Но Путин умело чувствует возможность, по крайней мере, восстановить роль России на Ближнем Востоке, которую она потеряла в 1970-х годах.

Вмешательство России предусматривает разрешение конфликта путем де-факто раздела Сирии. Агентство Reuters сообщает, что месяц назад, Иран предложил совместное наступление, которое в настоящее время в стадии реализации, чтобы сохранить диктатуру президента Башара аль-Асада от неминуемого краха. Генерал-майор Касем Сулеймани, командующий спецподразделения "эль-Кудс" Стражей исламской революции, на фото разбирается с картами Сирии с российскими чиновниками в Кремле.

Российская огневая мощь направлена на укрепление большей, западной части остатков Сирийского государства, которые по-прежнему контролируются Асадом - в частности, авиационные и военно-морские базы в Латакии и Тартусе. И кроме набегов в северных горячих точках, таких как Алеппо, иранские силы и Хезболла в основном сосредотачиваются на нижней половине этой полосы, которая проходит от ливанской границы через Каламун до Дамаска, а оттуда в портовые города и прибрежную центральную часть алавитов, сирийской шиитской секты, лояльной Асаду.

Несмотря на все разговоры о борьбе с "Исламским государством", реальная цель России заключается в том, чтобы отбросить повстанческие группы и закрепить это карликовое государство. Учитывая то, что союзники Асада готовы сделать, чтобы спасти эту "Маленькую Сирию" - по сравнению с ограниченным вмешательством, которое рассматривали международные противники Путина – это, вероятно, достижимая цель.

Такое разделение Сирии оставит другие части страны в руках националистов и исламистских повстанцев, курдский район на севере, возможно, некоторые мелкие анклавы и, самое зловещее, "халифат" "Исламского государства" на севере и востоке. Несмотря на кремлевскую пропаганду, "Исламское государство" уже среди самых больших победителей благодаря российской интервенции.

В конце прошлой недели, например, группа воспользовалась российскими авиаударами, около 90 процентов из которых, как сообщается, были нацелены на другие группы повстанцев, и захватила несколько деревень в окрестностях Алеппо. Боевики также убили некоторых из самых старших командиров Ирана в Сирии, в том числе генерала Хоссейна Хамедани. Как кажется сирийцам и миру в целом, эти достижения реализуют цель Асада – выбор между ним и джихадистами.

Невысказанное, но однозначное сообщение России в том, что Москва пытается действовать одним – и, возможно, единственным – способом прекращения конфликта путем сегрегации Сирии в ливанском стиле на зоны под контролем враждующих ополченцев. На постоянную обеспокоенность Вашингтона в любой ближневосточной запутанной ситуации, "Скажи мне, как это закончится", Москва отвечает: Сирийский конфликт будет "решен" на условиях России, даже если Асад окажется необязательным для Кремля в долгосрочной перспективе.

Сирия три года гражданской войны (2 фото)

Между тем, желание администрации Обамы видеть окончание конфликта, фактически не делая ничего самому, означает, что, как недавно предположило агентство Bloomberg, есть группа старших американских чиновников, готовых согласиться с российским планом. В конце концов, собственная политика Америки в Сирии стремительно превращается из трагедии в фарс. Последним фиаско была отмена военной программы стоимостью $ 500 млн по подготовке борющихся с ИГ повстанцев, результатом которой стала горстка бойцов.

Так что, если у Москвы есть политика, а у Вашингтона нет, почему бы просто не поддержать ее?

Помимо того, что абсурдно надеяться, будто подход Путина принесет пользу американским интересам, уступки российской политике в действительности повлекут за собой отказ от борьбы против "Исламского государства" в Сирии. И боевикам нельзя эффективно противостоять только в Ираке. Так что эта окончательная, бесславная капитуляция действительно будет означать то, что не только Асад (или другой назначенный россиянами преемник) будет угрожать сирийцам в обозримом будущем, но также и "Исламское государство".

Неудивительно, что генерал Джон Р. Аллен, представитель Америки в международной коалиции против "Исламского государства", недавно объявил о своей отставке. Быть ответственным за фарс довольно плохо; никто не может принять то, что нужно возглавить мошенничество.

Еще хуже, если смотреть через более широкие региональные рамки, американские уступки этой российской инициативе, в конечном счете, будут означать согласие на крупную реорганизацию стратегического порядка на Ближнем Востоке. Москва явно пытается завершить создание мощного альянса с Ираном, Ираком, Хезболлой, "Маленькой Сирией" и другими. Для обеспечения этого нового договора, Россия готова рисковать не только противостоянием с Западом, но и ее недавно улучшившимися отношениями с другими региональными державами, такими как Турция и Саудовская Аравия.

Нет никаких оснований, чтобы Вашингтон согласился на что-либо из этого. Россия явно менее сильна в военном, экономическом и дипломатическом плане, чем Соединенные Штаты. Но это уже не вопрос возможностей; это стало вопросом воли. На бумаге, Россия не в том положении, чтобы вмешиваться и распоряжаться на Ближнем Востоке. Но после вмешательства в Украине, аннексии Крыма и неудачи с сирийским химическим оружием, Путин правильно рассудил, что его никто не будет останавливать.

Путин достаточно умен, чтобы знать, что он уже на пределе, столкнулся с потенциальными трясинами и имеет коренные различия с предполагаемыми союзниками, как Иран. Таким образом, в любой момент, он будет готов присвоить успехи и пойти на сделку с американцами – с уже выгодной позиции.

Остается вопрос: Как далеко ему разрешат зайти? На данный момент, поразительный ответ, похоже: до конца.