Особенности украинской социологии

Почему в Украине социология не совсем социология? Потому что в нашей стране многие вещи либо за деньги, либо через одно место. Причем куда ни ткни, похоже, все одно и то же. Личный опыт.

Перед поступлением в университет, так как женщине все-таки нужен диплом о высшем образовании, хотя толку от него часто мало, я даже думала поступить на факультет социологии. Там были специальности с интересными названиями: политология, философия, редакторское дело. Несмотря на всю скучность науки социологии за последние годы там даже случались скандалы со взятками за результаты социологического исследования. Впрочем, как и астрологи и политологи, многие социологи (не все, но знаю примеры) давно у кого-то на зарплате, особенно если говорить о политике. Когда я работала в газете, то регулярно ходил на пресс-конференции, где всякие разные институты рассказывали, как проголосуют люди в том или ином регионе. И хотя у серьезных институтов исследования обычно совпадали с результатами выборов, в этом году что-то пошло не так. Экзит-поллы глубоко разошлись в показаниях с соцопросами.

Впрочем, моя история не о политике, а о том, что я бы в жизни не заказала соцопрос ни у одного агентства или службы. Даже серьезной, которая их проводит, потому что за год я видела много интересного. Все началось с того, что одна моя школьная подружка, жившая в небедной стране с небедным мужем, оказалась без мужа и денег, приехала на родину с одним айфоном, плеером и небольшим количеством одежды. Так как в сравнении с той страной, где она жила, даже столица нашей родины весьма негостеприимна, то она искала разные способы заработать денег, и в эти планы совсем не входили отношения с мужчинами и что-то вообще с ними связанное. Она клеила коробочки в каком-то цехе с пролетариатом, ходила на митинги разных партий за деньги и устроилась штатной участницей соцопросов на тему разных продуктов и напитков, которые нашла в интернете. Однажды я пошла с ней на соцопрос. Одела все старое и черное, чтобы не выделяться из толпы, исключила макияж, потому что без него у меня нет лица и потому что понимала, что за 40 гривен за один опрос ходят только безработные и пенсионеры. Мы собрались кучкой у магазина с книгами в центре Киева, откуда вышла женщина и спросила: "Вы от такой-то?" – и повела нас "случайных прохожих" внутрь. Там за компьютерами сидели бабушки. После 30 минут монотонных ответов на вопросы об упаковке и вкусе нам дали по шоколадке. Потом мы пошли в соседнее кафе тестировать кофе. Соцопрос снова проводили какие-то пенсионерки, одна из которых громко орала на участников, матеря тех, кто их приглашал. Правильно ответили на заранее продиктованные вопросы о том, как долго и какую марку кофе мы пьем, хотя мы в жизни ни одну не пробовали. Пришлось выпить четыре чашки гадкого растворимого кофе под пристальным взглядом мужчины за 60, но зато дали 40 гривен. Подружка еще ходила на опросы по сигаретам, вполне логично замечая, что в той фокус-группе, скорее всего, курила она и еще одна девушка, остальные точно нет. Между делом я туда тоже иногда забегала: на людей посмотреть, их там так же интересно рассматривать, как и в общественном транспорте, узнать новое о продуктах. Обычно я приходила в очках, чтобы не узнали, потому что в моей практике уже был случай, когда я пришла на кастинг в модельное агентство, чтобы попасть на закрытую вечеринку украинских и российских инвестбанкиров, куда требовалось 50 моделей. В очереди оказалось, что три модели "только что из Москвы с показа вернулись", смотрели реалити-шоу со мной, и легенда, что меня зовут Ира и мне 22 года, провалилась.

В отечественной социологии всем говорят, что вы не можете участвовать в опросе чаще, чем раз в полгода. Но участники опросов чуть ли не на зарплате, поэтому ходят они по многу-многу раз и каждую неделю. Они встречаются у метро, им заранее диктуют ответы и объясняют, как себя правильно вести. Приходят такие персонажи с окраин или просто молодые или среднего возраста безработные мужчины, что даже очень забавно становилось наблюдать за разнообразием человеческих подвидов. Осенью я познакомилась с девушкой, с которой мы пытались попасть на опрос по сигаретам, где нам даже заранее вручили по пачке сигарет. Но нас не взяли.

– Ты тоже никогда не курила? – спросила я ее.

– Да, – ответила ассистент стоматолога, которой, видимо, было скучно на работе.

Кстати, иностранные компании требуют паспорт участника фокус-группы и ищут его в соцсетях. Наши таким не заморачиваются.

Мой последний опыт был чудесен. На морозе нам по традиции рассказывали правильные ответы, какой возраст надо назвать, какой уровень дохода, надо в этот раз иметь детей, мужа или не надо. Придумывали профессию, которая не должна быть связана с темой опроса и инструктировали "у вас не должно быть знакомых журналистов, рекламщиков и родственников в этой сфере", показывали анкету, которую придется заполнить, и по три раза повторяли, чтобы никто не забыл.

– Кем вы работаете, – спрашивала женщина-организатор одну из будущих участниц.

– Продавец в супермаркете, – отвечала та.

– Ой, нет. Продавцом нельзя. Придумайте другое, не связанное с продуктами. Образование?

– ПТУ, – радостно ответила стокилограммовая девушка в пуховике, пришедшая заработать за два часа гривен 150.

– Не подходит. Пишите высшее, – инструктировали ее.

Уже в тепле, сидя в комнате за столом с этими женщинами, все из которых, конечно, по легенде родились и всю жизнь прожили в Киеве, нас снимала скрытая камера. Перед нами сидела женщина средних лет с таким видом, словно ей что-то воткнули сзади в одно место, и поэтому она постоянно неестественно улыбалась. Представляясь, продавщица гордо назвала себя главбухом строительной компании, а чтобы разогреть публику, женщина с неискренней улыбкой спросила каждую, с каким животным они себя ассоциируют.

– С кошечкой. Я бы хотела обладать характером и повадками кошки, – ответили все. Я в тот день хотела представиться тренером по йоге Ольгой и пофантазировать на эту тему, но меня опередила женщина, что сидела слева. Хотя, судя по тому, как она агрессивно разговаривала и вела себя, вряд ли она могла бы вести группы для маленьких детей, психотип не тот. Обратно к метро они уже шли вместе с "главбухом" – подружились. Вывод я для себя сделал один: какая фантастическая социологическая погрешность царит у нас в стране.