Годовщина АТО. Эксперты дали оценку победам и провалам

13 апреля прошел год от начала антитеррористической операции (АТО) на территории Украины. В 2014 году в этот день сепаратисты захватили Славянск. Позже выяснилось, что это были боевики Игоря Стрелкова-Гиркіина - подполковника российской разведки.

В тот же день Александр Турчинов, исполнявший на тот момент обязанности президента страны, объявил, что СНБО начинает широкомасштабную антитеррористическую операцию с привлечением Вооруженных сил Украины для того, чтобы остановить разгул терроризма, организованного российскими спецслужбами в восточных регионах Украины.

В начале июля силы АТО освободили Славянск от боевиков, однако, к сожалению, другие города и села части Донбасса все еще оккупированы боевиками.

Эксперты в комментарии ТСН.ua оценили провалы и победы АТО за прошедший год.

- Год назад Украина стала жертвой агрессии, и очень медленно и общество, и политикум начинали осознавать, что на самом деле происходит. Думаю, что сейчас уже никому ничего объяснять не надо, но год назад Украина была подвержена внешней агрессии, при чем даже не традиционному ведению войны. А те события, которые начинались 13 апреля прошлого года, действительно тянули на какую-то антитеррористическую операцию. Необходимость проведения такой операции была.

Но сейчас мы понимаем, что это не был какой-то внутренний террористический вызов. Мы имеем дело с государством-террористом, нашим северо-восточным соседом - Российской Федерацией. И противодействовать государству-террористу в условиях необъявленной войны - новый необычный вызов не только для Украины, но и вообще для всего мира. В этой неформальной агрессии или прокси-войне [посредническая война], которую ведет РФ частично своими руками, а частично - чужими, есть много чего нового для мировой практики.

За этот год общество и экономика понесли определенные потери, но общество сплотилось, закалилось и демонстрирует неожиданную для агрессора прочность. Я думаю, что российское руководство все же рассчитывало расколоть, разрушить Украину изнутри намного раньше и до сих пор еще не оставило своих надежд и чаяний и работает в этом направлении.

Наша задача - выстоять в этой войне до того момента, пока российское руководство не поймет, что цели, которые они ставят перед собой в Украине, не могут быть выполнены.

- У АТО в Украине даже и близко нет признаков антитеррористической операции. Это политическая фабула, которая принята исключительно из идеологических и политических соображений. Это есть систематические боевые действия как, собственно, форма проведения войны, которую называют гибридной.

В течение этой развязанной Россией войны нам удалось сорвать стратегические планы Кремля по оккупации и уничтожению Украинского государства. Нам удалось остановить врага и нейтрализовать ту широкую сеть диверсионных сил, которые действовали в Украине, особенно в крупных городах - Харькове, Одессе, Днепропетровске.

Эта война сплотила нацию и дала большой толчок патриотизму. Фактически народ встал на защиту не столько власти, сколько страны. Чего кремлевские стратеги никак не ожидали. Это второе наше преимущество, благодаря чему нам удалось сдержать врага.

Но, к сожалению, система обороны страны в большой степени до сих пор остается парализованной. Преимущественно основной вклад в нее делают именно волонтеры, народ.

Мы не смогли или не захотели ввести военное положение. Мы не смогли провести полноценную мобилизацию. Не мобилизовали экономику. И не смогли отработать систему военно-политического руководства страны - она фактически отсутствует. Президент ни обществу, ни Вооруженным силам не поставил никакой задачи в этой войне. Он не сказал, какова цель этой войны, какой ее характер, что Украина должна защищать в этой войне. Кто является реальным врагом, против которого надо бороться, для чего нужна эта мобилизация.

Самый большой недостаток заключается в отсутствии военно-стратегического планирования, системы военного управления в стране и отсутствии ставки Верховного главнокомандующего. И, как видно, президент начинает с этим импровизировать - вместо ставки создает военный кабинет. Но такая импровизация ничего не дает.

- Если оценивать проведение АТО по 5-тибальнной системе, то можно дать три с минусом, с двумя минусами даже. Потому что запланированные в начале цели АТО (это упреждение терактов, актов сепаратизма) не были достигнуты. Тогда была четко заявлена позиция, что на протяжении нескольких недель, месяцев это все будет нейтрализовано, что ВСУ смогут эффективно противостоять агрессору. Но этого не произошло, потому что не была отработана ни стратегия, ни тактика, не действовали на упреждение в плане террористов, экстремистов, сепаратистов. Не нашли диалог с Донбассом. Поэтому особенно первые этапы, если мы говорим об итогах года, были почти провальные.

Далее были провалы в стратегии обороны и безопасности. Была необходимость создания новых ВСУ за счет специалистов высокого уровня. Этого не было сделано, в итоге - просчеты под Иловайском, где мы понесли очень большие потери, перед этим Славянск, когда отпустили террористов, которые двинулись на Донецк и Луганск и захватили их.

Поздно скоординировали общественность, в первую очередь США и Европу, для переговоров по мирному процессу. На Минские переговоры вышли только в сентябре. Но и они координировались фактически Путиным, а мы не могли контролировать ситуацию и не добились невыполнения ни одного пункта, а наоборот теряли еще территории, потому что постепенно боевики получили еще 600 кв км.

Ну и конечно большой просчет получился, когда у нас была 100% информация и перед Новым годом и сразу после, что будет новое наступление, особенно по стратегическим точкам - это и Донецкий аэропорт, и Авдеевка, и Пески, и район Мариуполя. Не сработали, чтобы не допустить наступления. Тем более не провели операции широкомасштабного характера – по обороне, по флангам, по тылу противника, чтобы разбить их и не дать им наступить и захватить Дебальцево. Это послужило серьезным фактором для потери наших войск и дестабилизации в регионе, перепугало международную общественность и понудило Меркель и Олланда включиться в новый переговорный процесс в нормандском формате в Минске.

Ольга Скичко