У Украины есть потенциал, чтобы всех за собой повести

Грузинская парламентская оппозиция не теряет ни одного случая напомнить о себе. Оппозиционеры из партии "Единое национальное движение" собирают немногочисленные митинги, на которых остро критикуют действия власти, обвиняя ее в преследованиях по политическим мотивам, неспособности адекватно отвечать на агрессию России и в потере связей с Украиной.

Корреспондент ТСН.ua поговорил с депутатом грузинского парламента, членом Комитета по вопросам европейской интеграции Давитом Дарчиашвили.

Во время разговора влиятельный представитель партии Михеила Саакашвили остро высказывался о сегодняшнем правительстве, которым, по его словам, продолжает руководить экс-премьер и известный в Грузии миллиардер с неоднозначной репутацией Бидзина Иванишвили.

- Какую цель преследует Иванишвили? Ведь он на данный момент не практически нет в публичной политике Грузии.

- Я думаю, что это желание иметь свою лично приватизированную страну и делать то, что ему интересно и выгодно.

- Он владеет каким-то бизнесом в Грузии?

- У него международный бизнес и в России, и в других странах. Здесь особым бизнесом он не занимался. В последнее время он заинтересовался недвижимостью, берет какие-то участки, анонсирует какие-то девелоперские проекты, но в целом он хочет, чтобы политическая система была полностью подстроена под него. И чтобы он сидел как серый кардинал, неформальный патриарх или как "вор в законе". В свое время Бадри Патаркацишвили (был такой олигарх) имел такую цель. Он внезапно скончался в 2008 году. После этого начал этот человек заниматься делами. Человек, у которого денег больше, чем бюджет страны, является, конечно, большой опасностью для будущего, свободы и демократии Грузии.

- Вы верите в освобождение, как Вы говорите, политзаключенных?

- Я уверен, что это произойдет. Я не могу предвосхищать события. Я не буду гадать, как и когда это произойдет, но все ближе и ближе время парламентских выборов. С этой осени, я думаю, начнутся процессы, которые многое изменят в этой стране.

- Какую цель ставите перед предстоящими выборами в парламент Грузии? Возможно, возобновление большинства, как было ранее?

- Главная цель, чтобы это правительство, которое является карманным правительством Иванишвили, ушло. И население на это все больше и больше настраивается. Сразу после этого посмотрим, какая будет конфигурация власти. У нашей партии есть четкий опыт, программные установки. Если народ поверит и даст нам мандат, то мы знаем, что делать. Остальное решать обществу.

- По Вашим наблюдениям, как настроено грузинское общество?

- Конечно, после нашего проигрыша рейтинг серьезно упал. Абсолютным ноу-хау было использование методологии российских спецслужб, как очернить нас, какие слухи распространять, что серьезно повлияло на общество, и наш рейтинг доходил где-то до 10-12%. У новоявленной коалиции, над которой весела тень Иванишвили, было 60%. По последним опросам, у нее – 24%, у нас – 16%. Но эти опросы были весной. Все может измениться.

- Сколько на данный момент у оппозиции штыков?

- У нас где-то одна треть. Некоторых, особенно мажоритарщиков, удалось перетянуть на свою сторону подкупом, шантажом. У нас одна треть. От них откололась маленькая фракция, которая является также оппозиционной. К нам не имеет отношения. Она сама по себе. Вот такой расклад.

- В разговоре с представителями власти я не услышал четкого ответа на вопрос о том, видят ли они Грузию членом ЕС и НАТО. Вы видите свою страну в европейском сообществе?

- Это наша цель, как членство в Евросоюзе, так и членство в НАТО. Мы, конечно, понимаем, что это двустороннее движение. Целью и желанием должен переполниться каждый. Это требует конкретной политической ситуации и зависит, конечно, от нашей готовности, но и от региональных дел, в том числе украинских событий.

- И как же они влияют?

- Я думаю, судьба всего Восточного партнерства и судьба России, мне кажется, и также судьба Грузии, включая, зависит от того, как пойдут дела с одной стороны в Одессе, с другой стороны, в Донбассе. Если там удастся обществу противостоять как внешним угрозам и вызовам, так и внутренним проблемам, будь то коррупция, необходимость модернизации административных органов, то это будет такой пример для всех, это будет такое резонансное событие для всей Европы, что, я думаю, это ускорит качественно и выведет на новый уровень нашу общую интеграцию сообщества свободных демократических стран.

- Вы сохраняете какие-то контакты со своими украинскими коллегами в Верховной Раде?

- Очень часто, конечно, общаемся. Мы часто бываем в Киеве. Они меньше приезжают сюда по понятным причинам, потому что эта власть не очень-то заинтересована в рабочих контактах, но у нас есть давние контакты. Всегда вспоминаю Бориса Тарасюка. Мы с ним четыре года были коллегами. Я был тогда председателем грузинской делегации, а он – украинской. Ну и еще много коллег, с которыми общаемся. Мы понимаем, что очень зависим друг от друга. Были моменты, когда Грузия преуспевала, шла вперед в плане реформ. Сейчас, мне кажется, наоборот. И Украина в связи с ее размерами явно имеет потенциал, чтобы всех за собой повести.

- Какое Ваше отношение к участию грузинских военных на стороне Вооружённых сил Украины?

- Понимаете, в истории часто так бывало, и только как бы малообразованным людям это кажется непонятным, как может быть, что свободу своей страны и территориальную целостность своей страны можно защищать абсолютно напрямую, но воюя в другой стране, помогая стратегическому партнеру, помогая тому, у кого те же проблемы.

- Выше Вы заявили об отсутствии интереса грузинских властей к событиям в Украине. Чем, по Вашему мнению, это вызвано?

- Наверное, две причины. Те грузины, которые помогают всеми возможностями украинским властям, ассоциируются с нами – с оппозицией. Это непреодолимо для нынешних украинских властей. Второе то, что они прямо декларировали, что их цель – улучшить отношения с Россией. Как они могут совместить улучшение отношений с Россией и флирт с Карасиным (Григорий Карасин, заместитель министра иностранных дел РФ - Ред.), который идет у грузинского правительства в помощь украинским властям?

- В Вашем правительстве мне заявили, что Грузия продолжает поставки энергоресурсов в оккупированные Абхазию и Южную Осетию. Это новая инициатива или так было и ранее?

- Что касается Абхазии, это было. В сторону Цхинвали тоже было. Мы никогда не путали чисто гуманитарные вопросы с политическими. Этим мы показываем, что не хотим, чтобы простые граждане страдали. С Абхазией это было еще и тем обусловлено, что комплект Ингурского водохранилища ГЭС расположен с обеих сторон оккупационной линии. И управление этим комплексом требует какого-то негласного сотрудничества.

- Меня это немного удивило, так как в украинском истеблишменте и обществе бытует убеждение, что оккупированные территории необходимо всячески блокировать, дабы не поддерживать боевиков.

- Вы знаете, это может быть опыт, который нам наоборот будет интересным уроком. Такие вещи нужно решать, исходя из конкретной ситуации. То, что я говорил, что какие-то гуманитарные схемы существовали, это было, когда земли оккупированными еще не считались. Русские назывались миротворцами. Там были миссии ООН и ОБСЕ. Тогда это все налаживалось. Тогда как для Украины это все новое. Все отрубили, в отличие от того, что у нас происходило в 1990-х.

Разговаривал Дмитрий Стефурак