Сколько стоит похитить ребенка и как работают схемы — расследование
Отец забирает ребенка от матери и в течение длительного времени не дает ему общаться. Затем благодаря схеме ГО отсуживает ребенка. Такая схема стоит отцу десятков тысяч евро.
Все истории идентичны — у матери забирают ребенка и ограничивают общение с ним
Об этом идет речь в расследовании проекта Хапуга.ua.
На YouTube-канале ТСН можно просмотреть по этой ссылке видео: СКОЛЬКО СТОИТ ПОХИТИТЬ РЕБЕНКА.. у родной матери! ПРАЙС! ПОДКУП ПСИХОЛОГА И СУДЕЙ - НАСТОЯЩИЙ ШОК!
Всего несколько секунд и ребенок исчезает с площадки посреди белого дня. Это не кадр из фильма, а страшная реальность для киевлянки Анастасии Шемет. 6 октября у нее забрали трехлетнюю дочь прямо с детской площадки.
«Я уже в супермаркете находилась, в „Сильпо“, и мне позвонила по телефону и мама и сказала: Милану похитили. Две машины. Люди. Ее нет. Я усадила сына, я летела сюда, и я понимаю, что все. Я не знаю, куда. Я не знаю, что это происходит. Я позвонила в 102. И сказала, что у меня похитили ребенка», — вспомнила Анастасия.
Другая мама — Людмила Макаревич — не видела своего сына уже более шести лет.
«Это была полиция, первое заявление было в 20.00 вечера в полицию Шевченковского района. Он забрал Федю и не вернул, и все больше я сына не видела», — поделилась она.
Не знает, где сейчас двое детей и военнослужащая Анна. Ее бывший муж, по словам женщины, во время развода сделал все, чтобы она не смогла с ними видеться.
«Он забрал детей, потом я смогла прийти в себя, обратиться к адвокату, и начать, скажем так, заниматься детьми, пытаться, подала иск в суд о том, чтобы определили место жительства со мной. В результате это все длилось более года, даже, скажу, где-то больше двух лет. И все это время отец детей всячески препятствовал видеться с детьми. Уже после решения Верховного суда я детей уже не видела», — сказала Анна.
Журналисты установили схему работы организации, где подкупленные адвокаты и эксперты поддерживают отделение ребенка от матери. Впоследствии эти выводы влияют на решение суда.
Почему-то об общественной организации — «Отец имеет право» — знает почти каждая мать, у которой в Украине забрали ребенка. Знают и о публичном лидере — Александре Швеце.
«Смотрите, общественная организация „Отец имеет право“ — это единственная организация в Украине, которая занимается защитой прав мужчин и их детей в период во время и после разводов», — отметил он.
На камеру — относительно вежливый и сдержанный, однако в его публичных сообщениях каждый может увидеть просто море пренебрежения женщинами и матерями. А еще полиции и судов все зафиксировано в его постах в Facebook.
В то же время, свою работу Швец называет «миссией по спасению родителей», однако при внимательном исследовании все больше кажется, что за этой риторикой может скрываться прибыльный бизнес на детях — с конкретными услугами, прейскурантами и большими деньгами.
Как и сколько он может зарабатывать на детях
Швец — бывший муж экс-солистки поп-группы «ВИА Гра» Дарьи Медовой. У пары в 2011 году родилась дочь Варвара, после чего Медова переехала с дочерью в Херсон и в 2014-м без публичных объяснений покинула «ВИА Гру». Конфликт обострился: Швец подавал добивавшийся возвращения дочери и лишения Медовой родительских прав. Правовые маневры и «физическое» возвращение, о котором он сам заявляет, привели к тому, что дочь осталась со Швецом.
Но на своем ребенке Швец не остановился и уже в 2015 году в Украине была зарегистрирована та же ОО «Отец имеет право». В публичных сообщениях и выступлениях он начал системно продвигать риторику «защиты пап», нередко сопровождая ее унизительными высказываниями в адрес женщин, в частности, борющихся за детей матерей.
Законодательные «лазейки» глава ОО знает хорошо и публично настаивает: «Отец имеет право» только консультирует, а не зарабатывает на обращающихся мужчинах. Впрочем, так ли это на самом деле? Столкнувшиеся с деятельностью Швеца женщины убеждены — совсем нет! Речь фактически идет о бизнесе — на их детях!
«То есть Швец зарабатывает деньги. Чем больше конфликт, он вовлекает родителей в конфликт. То есть, на крючок к нему цепляется отец, который решает похитить ребенка», — говорит Людмила Макаревич, пострадавшая.
Впрочем, сам Швец уверяет: денег от клиентов якобы не берет, ОО неприбыльная.
«Нет, смотрите, у нас те люди, которые к нам обращаются, они в следующем заключают договоры с соответствующими адвокатами. Они имеют прямые договоры с адвокатами и те оказывают им возмездную, я вам наверняка, что платежную юридическую поддержку, но мы к этому не имеем отношения. То есть у нас нет штатных адвокатов, ну и, соответственно, какие-то средства мы не принимаем. Мы не прибыльная организация», — уверен Швец.
Итак, есть слово на слово — Швец говорит на камеру, что не зарабатывает, а его, как они считают, жертвы, утверждают, что берет и еще как!
А пока большие суммы «висят на депозите», мелкие капают ежемесячно. Следующий уровень монетизации — родительское сообщество в телеграммах. Что же скрывается за закрытым Телеграм-каналом, за который Швец предлагает родителям платить 160 грн взноса? Формально вклад, фактически платный доступ к сообществу, где, по нашим наблюдениям, мужчины получают советы, обсуждают судебные шаги, а в отдельных сообщениях унижают женщин.
Ключевая тема закрытых обсуждений — не медиация, а практические инструкции по «возвращению» ребенка силовыми методами, замаскированные под нейтральные коды и жаргон.
По словам наших героинь, под эти схемы подводят каждую конкретную историю. Один из приемов, о котором говорят матери и свидетельствуют записи разговоров — давление на женщину, чтобы она «сорвалась» и потеряла субъективность в суде. Именно так, по словам Анастасии, действовал ее бывший: после измены она уехала с детьми, а дальше начались угрозы, унижения и силовые эпизоды — перед тем, как Милану забрали с площадки.
Сколько детей находятся вне поля зрения государства из-за семейных споров — сейчас сказать сложно: отдельной статистики, судя по молчанию Нацполиции по нашему запросу, нет. Кроме того, мы обратились к Уполномоченному по правам ребенка за цифрами и официальной позицией, однако ответа до сих пор нет.
Статья 146 УКУ (Незаконное лишение свободы или похищение человека) предусматривает до пяти лет лишения свободы, а когда речь идет о малолетнем ребенке или группе лиц — еще более строгие сроки (ч.2-3). То есть норма четкая. Вопрос к практике: почему в этих историях наказание часто не наступает?
«Это одна из самых больших наших проблем. Нас — подразумевается юристов, адвокатов, занимающихся этой категорией дел. Я бы назвал это прямо „боль“, — отметил Сергей Лысенко, юрист.
На YouTube-канале ТСН можно просмотреть по этой ссылке видео: СКОЛЬКО СТОИТ ПОХИТИТЬ РЕБЕНКА.. у родной матери! ПРАЙС! ПОДКУП ПСИХОЛОГА И СУДЕЙ - НАСТОЯЩИЙ ШОК!