Если не Путин, то кто?

Как известно, самая популярная тема в России сконцентрирована в вопросе "Чё там у хохлов?". По этому поводу существует много смешных рисунков в интернете. Ну, например, разбитая дорога где-то за Уралом, все по колено в грязи, машины тонут, какие-то женщины с детьми толкают их, а одна из них как бы задает вопрос мужу, который тоже отчаянно толкает авто: "Ну че там у хохлов?". Это такая общая черта для россиян – не думать о том, что происходит в своей стране, а интересоваться чужой жизнью.

Должен сказать, что такое же правило применимо и к украинцам. Они задают обычно два-три вопроса о России, которые, впрочем, по сути об одном и том же. Звучит это так: "Ну и когда уйдет Путин?" Или, например: "И когда оппозиция свергнет Путина?" Или еще: "А как может уйти Путин: может быть, кто-то устроит дворцовый переворот?" В какой форме бы ни задавались эти вопросы, но это все размышления на одну и ту же тему – есть ли какой-то сильный человек или группа людей, которые составили бы Путину альтернативу. Законную, незаконную, которая будет играть по правилам или не будет играть по правилам, украинцам в данном случае все равно. Ну, ответ на это я даю один: "Да сами посмотрите". Или спрашиваю: "А вы что, не знаете?" На что украинцы обычно пожимают плечами и, тяжело вздыхая, говорят: "Тогда понятно".

И это правда, нет ничего плачевней того, во что превратилась российская оппозиция. Можно по-разному сказать о ней, ну, например, что ее не существует, или что она разгромлена, или что она уничтожена, закатана в асфальт. И первое, и второе, и третье будет правдой.

Но, заметим, никакой обиды для российской оппозиции тут нет. Кремль довел ее до такого плачевного состояния. Какими методами, читатели хорошо знают – это убийство Бориса Немцова.

Когда наконец появляется какой-то яркий человек, который не говорит, а делает, а ничто другое не помогает устранить его из числа конкурентов, он должен быть убит. И не важно, Путиным или кем-то из его приспешников, которые каким-то непонятным образом почувствовали, что он мешает или дискредитирует Путина, что пишет какую-то книгу, – это не имеет значения. Механизм работает безукоризненно.

Хотя этих механизмов несколько, от больших до маленьких. Первый, конечно, это российско-украинская война. Смело можно сказать, что до войны оппозиция была деятельна и ярка, фигур на оппозиционном политическом небосклоне было гораздо больше. И все это объяснялось очень просто – несмотря на репрессии, преследования, все-таки российские законы позволяют оппозиции существовать. Она и существовала. Ходила на радио "Эхо Москвы", ходила на канал "Дождь", к пока еще тогда свободной прессе. Ну, как-то жила. Но ударила война. И теперь, при войне, даже не объявленной, ты уже не просто оппозиционер, ты – национал-предатель.

И здесь второй метод борьбы, поменьше. Я бы назвал его по-футбольному – "игра в одни ворота". Каждый день во всех так называемых аналитических передачах на телеканалах люди оппозиции дискредитируются. Привыкшие к брежневским временам, да и к путинским, скажем так, граждане не очень верят, что кто-то американский агент, а кто-то совратил малолетнюю, а теперь это скрывает. Но вода камень точит. И постепенно-постепенно человек дискредитируется откровенной ложью. Тут бы ему взять и ответить, да ответить он никак не может, потому что наиболее электоральные, влияющие на общественное мнение средства массовой информации – исключительно в руках Кремля.

В этом смысле Россия разительно отличается от той же Украины, где разные политические силы имеют свои средства массовой информации, и соблюдается относительно равновесие в политической палитре. И тем более отличается от Запада, где каждая политическая сила имеет свою мощную партию, которая на удар противника может ответить аналогичным ударом.

Параллельно работает третий механизм под названием "пропаганда". Это мощный механизм, смысл существования которого – утверждать, что есть только один человек, который проведет страну сквозь трудности и приведет к светлому будущему. Этот человек, конечно, Владимир Путин. И этот механизм работает всю войну.

Людей, обеспечивающих эффективную работу этого механизма, я бы назвал действительно национал-предателями. Почему они национал-предатели? Да потому, что это утверждение – ложное. А ложь для своих граждан за деньги – разве не есть настоящее предательство национальных интересов?

На этом фоне о нормальной политической жизни говорить не приходится. Приходится говорить о выживании, причем часто физическом. Поэтому остались только те одиночки, которые не боятся за свою жизнь. Кто-то убежал за границу и получил там статус беженца. Кто-то уехал преподавать. Можно сказать: "Но ведь остались яркие фигуры!" Да нет, они скорей одиночки-самоубийцы, потому что любой из них – и это не шутка – в любой момент ожидает пули от каких-то тайных доброжелателей Владимира Путина.

Да и оппозиция – это не яркие фигуры. Оппозиция на самом деле в цивилизованном государстве – это система, имеющая свои средства массовой информации, состоящая из лидеров, из партии, из свободы собраний, из возможности пропагандировать свои идеи. Нужно ли говорить, что в России эта система уничтожена.

Хорошо ли это?

На постсоветском пространстве подобная судьба оппозиции, доведение ее до отчаяния и истребления – не исключение. Центральноазиатские страны бывшего Советского Союза, Белоруссия, которую Лукашенко считает западной, Россия, естественно, Казахстан, где освященный быть похожим на Ли Куан Ю Нурсултан Абишевич Назарбаев, тем не менее, долгие годы остается единоличным правителем своей страны – все эти страны в большей или меньшей степени то ли диктатуры, то ли страдают ярким авторитаризмом.

Конечно, трудно представить себе, что бывшая постсоветская страна в мгновение ока превратится в нормальную демократическую страну. И здесь бы сказать – у всех этих стран общий диктаторский почерк потому, что они вышли из шинели Советского Союза. Да нет, Украина в этом смысле какое-то удивительно исключение: много партий, много крика, много лидеров, много самопиара разных политических сил. Я не говорю, что это приведет к счастью. Я только говорю, что это счастливый путь, когда в стране оппозиция находится практически в равных условиях с властью. А история нынешней украинской власти наглядно показывает, что даже оппозиция может стать властью.

Лидеры стран, уничтожающих оппозицию, заявляют, что свой народ надо держать в узде, что коней на переправе не меняют и что только твердой рукой можно привести свою страну к будущему. Может быть и так. Да только примеров не видно.