Поцелуй оленя

Недавно мне повезло попасть в удивительное место – в санаторий. Когда я туда ехала, представляла себя эдакой чеховской дамой с собачкой, которая будет неспешно прогуливаться по курортному городку, дышать свежим воздухом, писать мемуары и пить минеральные воды. Ну, и еще размышлять о причинах и следствиях постмодерна, ловить покемонов и постить местные пасторальные виды в инстаграм.

Вместо этого я неожиданно попала в уже сложившееся особое комьюнити полностью счастливых людей – настоящий рай для социального антрополога-любителя, которым я себя считаю. Недавно у одного моего друга потребовали прислать счет по факсу. "Там, где я сейчас, факсов нет!" – рявкнул он. А на вопрос, где он, – еще более злобно: "В двадцать первом веке, бл…!" Так вот, жизнь людей в санатории настолько отличалась от моей, что временами мне казалось, что у них где-то припрятан не только факс, но в тайной комнате стоит и арифмометр, и счеты, и даже черно-белый телевизор.

Собравшиеся в санатории люди не сидели, как я и все мое окружение, непрерывно в своих смартфонах. Ни слова не слышали о покемонах, инстаграме, их ни разу не банили на фейсбуке. Они с искренней радостью танцевали на дискотеке ламбаду, медляки и даже белый танец! Я в последний раз слышала словосочетание "белый танец" в восьмом классе на школьной дискотеке.

Мой ноутбук удивлял обитателей санатория так, как будто я привезла с собой небольшое НЛО. "Это что, ноутбук?" (Вариант – "компьютер") – спрашивал у меня каждый, кто попадал ко мне в палату. Как будто черный плоский ящичек со шнурами может быть чем-то другим – например, миелофоном или вафельницей.

В санатории не было горячей воды и все было покрыто слоем липкой грязи, но звонок на горячую линию Минздрава был только от одной дамы, которой не открыли спортзал для занятий восточными танцами. Тут никто не делал непрерывно селфи на фоне ободранных стен, не фоткал еду в столовке, не ныл, что у него кризис самореализации. И был вполне доволен жизнью. 

Все обитатели санатория жили насыщенной и яркой сексуальной жизнью. Контингент был разный. Это вам не похотливые офисные работнички среднего звена, которые бегают к проституткам в обеденный перерыв; не фрустрированные топ-менеджеры, у которых оргазм бывает только после получения смс с начислением годовых бонусов. Даже не жеманные бородатые хипстеры, способные два часа рассказывать истекающей от желания женщине про разные способы варки варенья из вишни. Тут отдыхающие – веселые парикмахерши, технички, продавщицы и санитарки – тусили с водителями маршруток, продавцами на базаре, зоотехниками и кинотехниками (вы знаете такую ископаемую профессию? Я вот узнала). Кстати, за моим столом на обеде сидел такой бывший кинотехник из Николаевской области, в возрасте (как я выведала) 46 лет. Его дама сердца, которой он носил полевые цветы и оставшееся после обеда печенье, была бабушкой семи внуков и обладательницей задорно блестевших золотых зубов: "Я в другом санатории после развода наконец-то встретил свою половинку, – признавался он. – Только теперь ее дети и внуки попросили пока подождать с женитьбой". Кинотехник называл ее "комарик", отзывался о ней с такой нежностью, что мне было завидно.

Зато оставшимся дома супругам отдыхающих я не завидовала. Их половинки таскались по бабам и мужикам с такой неистовостью, как моряки Колумба, которые сошли в порт после четырех месяцев плавания. "Дорогая, тут так скучно, так скучно! – голосом, полным искренней тоски говорил один такой в телефонную трубку. – Дождь идет, заняться совершенно нечем! Ты же мне завтра позвони утром, я буду ждать!" При этом его в коридоре ждали две девицы, с которыми он тут же пошел в обнимку, целуясь по очереди с каждой взасос. "Смотри, она полсмены с одним за ручку ходила, а теперь он уехал, так она с другим уже ходит", – слышала я разговоры всезнающих бабушек. Бабушки тоже были не чужды Эроса, и комментировали видео "Дискавери" с плавающими в аквариуме рыбками в таком ключе: "Смотри, и у рыбок есть любовь! – А чего только две? – А если будет больше, то будет уже оргия!"

Оказалось, что этот своеобразный свингер-клуб складывался тут уже на протяжении многих лет – некоторые приезжают сюда по 5-10 лет подряд. Изменяющие своим мужьям и женам курортники созванивались, подгадывая свои путевки таким образом, чтобы сойтись в одну смену.

Поэтому в городке мне подмигивали с пониманием, узнав, что я из санатория. "Познакомилась уже с кем-нибудь? – спрашивали меня случайные попутчики в автобусах. – Нет? Ну все, путевка сгорела". "Что за муж, который жену в санаторий отпустил?" – сокрушался завхоз, к которому я обратилась с какой-то мелкой просьбой, и вместо магарыча пытался ко мне притулиться. Лечащий врач на приеме рассказал мне, почем в Киеве стоят проститутки и что женщине не стоит соглашаться сразу, а отвечать "Я подумаю".

"А ты знаешь, что тут есть традиция: те, кто не пополнил счет, целуют нашего оленя на входе?" – сказал мне другой мой сосед по обеденному столу – молодой парнишка, которого весь медперсонал приветствовал радостными криками "О! Привет! Снова будет, как в прошлом году? Что там те, прошлогодние твои девчата?"

"В смысле, не пополнил счет?" – удивилась наивная я, лихорадочно вспоминая, где и как я пропустила оплату и как можно меня привлечь к поцелуям ободранной гипсовой парковой скульптуры. Только через пару минут, когда он положил мне под столом руку на колено, до меня дошел глубокой смысл этой фразы. 

"Если не поцелуешь оленя, если путевка сгорела, то все. До следующего года секса не будет, пока опять сюда не придешь", – добавил он. А еще один молодой мужчина, который приехал в эту смену с женой, но явно перемигивался с другой девушкой, признался, что у его кума (тоже много лет приезжающего в этот санаторий) есть видео, где он лобызает это несчастного оленя. "Девушки предпочитают женатых, – говорил он уже при своей заметно нервничающей жене. – Потому что женатый – значит, чистый! Правда, дорогая?"

…"Вот он, золотой век!" – думала я, наконец-то с чемоданами покидая это заколдованное место. Гипсовый олень расстроено смотрел мне вслед.