Что общего у Путина, Трампа и Гитлера: исследование психолога

В мае 2025 года в журнале Frontiers in Psychology было опубликовано исследование о «нарциссическом политическом лидерстве» на примере Адольфа Гитлера, Владимира Путина и Дональда Трампа.

Об этом сообщает журнал Forbes

В исследовании, которое провел психолог Юсуф Чифчи, не утверждается, что перечисленные политики соответствуют критериям нарциссического расстройства личности. Американской психиатрической ассоциацией запрещено ставить диагнозы публичным лицам, которых они лично не оценивали.

Исследование базируется на информации из дневников, интервью, семейных биографий и исторических записей. Опираясь на этот материал, Чифчи определяет модели травм, потерь и стилей воспитания в раннем возрасте, которые могут помочь объяснить появление нарциссических черт во взрослом возрасте.

При этом исследователь различает конструктивный нарциссизм, который является нормальным здоровым продуктом стабильной эмоциональной среды, когда дети получают должный уровень поддержки, вызовов и одобрения, и реактивный нарциссизм. Последний формируется как реакция на небрежный, непоследовательный или жестокий детский опыт. Это завышенное ощущение собственного «я» служит защитным механизмом: буфером от любых чувств стыда, бессилия или никчемности.

Чифчи определяет четыре повторяющиеся темы развития в детстве участников своего исследования:

• авторитарный отец-каратель;

• снисходительная или эмоционально компенсирующая мать;

• ранняя травма или эмоциональная покинутость;

• высокие, нереалистичные ожидания или давление.

Автор исследовал, как эти модели проявились в жизни Гитлера, Путина и Трампа и как они могли сформировать их стили руководства.

Адольф Гитлер

Детство Адольфа Гитлера было отмечено эмоциональными дихотомиями, которые приводили к травмам. Его отец, Алоиз Гитлер, был авторитарным и склонным к физическим наказаниям: он требовал абсолютного послушания и мало проявлял благосклонности.

В противоположность этому, его мать, Клара, обожала его. Потеряв троих детей до Адольфа, она была чрезвычайно опекающей и эмоционально зависимой от него. В глазах Клары он, возможно, был ребенком, который должен был выжить, добиться успеха и искупить боль семьи.

Такое противопоставление — между унизительным, критическим отцом и обожающей, идеализирующей матерью — возможно, разрушило формирование чувства собственного «я» Гитлера. С одной стороны, отец Гитлера привил ему глубокое чувство бессилия, страха и ярости. С другой стороны, его мать привила ему грандиозность, чувство привилегий и особенность.

Чифчи утверждает, что именно это внутреннее противоречие может привести к реактивному нарциссизму, когда хрупкая самооценка поддерживается преувеличенными фантазиями о превосходстве.

Во время своего прихода к власти эти раны проявились катастрофически. Гитлер окружил себя подхалимами, имел нулевую толерантность к инакомыслию и требовал непоколебимой преданности. Он называл критиков предателями и делал козлами отпущения целые народы. Даже после смерти он полностью снял с себя ответственность. В своей предсмертной записке он обвинял всех, кроме себя: «Мои генералы предали меня».

Чифчи предполагает, что его устойчивый паттерн «хронической нарциссической ярости» — ярости, коренящейся в ранней психологической травме, — согласуется с глубоко раненой личностью, которая стремится доминировать, чтобы чувствовать себя целостной.

Владимир Путин

Ранние годы жизни Владимира Путина перекликались со многими эмоциональными темами Гитлера. Он родился в 1952 году в послевоенном Ленинграде (ныне Санкт-Петербург), и попал в семью, которая уже была зашрамована потерями. Его родители, как и Гитлер, потеряли двух сыновей до него.

Его отец, раненый ветеран войны, как сообщается, был суровым, эмоционально отстраненным и склонным к физическому насилию. Его мать, напротив, была одним из немногих источников тепла и утешения.

Как и в случае с Гитлером, эта взаимосвязанная динамика холодного отца и заботливой матери (опять же, в сочетании со статусом «ребенка-заменителя»).

Путин также вырос в бедности. Его окружали остатки войны и трудностей: суровое соседство, в котором доминирование и стойкость хорошо служили ему. Эти ранние уроки силы и выживания, возможно, привили ему потребность всегда казаться неуязвимым.

Во взрослом возрасте это может отражаться в его жестко управляемом контроле имиджа. Путин известен постановочными демонстрациями гипермаскулинного мастерства: глубоководные погружения, охота, верховая езда, дзюдо, приключения с голым торсом в дикой природе.

Чифчи интерпретирует это как компенсаторное поведение — попытки проецировать тот вид доминирования, к которому он, возможно, глубоко стремился в детстве.

Жесткий контроль над СМИ, низкая толерантность к инакомыслию и настойчивая внешняя политика, по словам психолога, это признаки реактивного нарциссизма, построенного на эмоциональной неуверенности.

«Политический стиль Путина является прямым результатом его странной психологической химии. Другими словами, лидерство Путина также является нарциссическим политическим лидерством, и его нельзя оценивать независимо от его родителей», утверждает исследователь.

Дональд Трамп

Воспитание Дональда Трампа имеет несколько схожие психологические признаки, хотя и профильтровано сквозь призму американского капитализма. Он родился в 1946 году в Квинсе, штат Нью-Йорк, в семье, где власть и успех были всем.

Его отец, Фред Трамп, был чрезвычайно успешным магнатом недвижимости: требовательным, эмоционально отстраненным и исключительно сосредоточенным на достижениях. Трамп описывал его как «жесткого» человека, который научил его быть «убийцей».

Его мать, Мэри, по сообщениям, была ласковой, но часто болела; это сделало ее в значительной степени эмоционально отсутствующей в течение ключевых фаз его развития.

В 13 лет Дональда внезапно отправили в военное училище — дисциплинарное решение, принятое его отцом в ответ на то, что он считал «грубым» поведением.

Чифчи рассматривает это как символическое отторжение. По его словам, «это означало потерю привязанности, внезапное изгнание с небес, пока его братья и сестры продолжали наслаждаться семейной роскошью».

Старший брат Трампа, Фред-младший, боролся с алкоголизмом и умер молодым; сам Трамп признал, насколько глубоко это повлияло на него. Эта мнимая неудача (и ее последствия) могла усилить семейный месседж: успех — единственный путь к любви или ценности.

Чифчи утверждает, что мы можем наблюдать эти эмоциональные темы сегодня на политической арене. Митинги Трампа, зажигательная речь, нежелание критиковать, одержимость размером толпы и освещением в СМИ — Чифчи считает, что это симптомы личности, управляемой оборонительной грандиозностью. Он считает, что Трамп требует обожания, и что он, вероятно, интерпретирует любые оскорбления как экзистенциальную угрозу.

В своем особенно впечатляющем наблюдении он отмечает, как политические карикатуры часто изображали Трампа как «раненого маленького мальчика, который хотел стать самым могущественным человеком во вселенной в качестве компенсации».

Чифчи пишет просто: «Карикатуристы… хорошо его поняли».

Напомним, ранее издание SkyNews описало, как обычно происходят телефонные переговоры между Путиным и Трампом